Однако заставить сражаться этих двоих оказалось нелегко. Как ходят кругами трусы, не решаясь начать драку, так и они провели целый сезон в разорительно дорогих маневрах, нанося изрядный ущерб фермерам, друг другу же — никакого. И, наконец, сошлись в спелых пшеничных полях близ городка Афьери, где вроде бы должна была уже состояться битва. Во всяком случае, какое-то ее подобие.
Но утром того дня в палатке Монцы появился необычный посетитель. Не кто иной, как сам герцог Орсо.
— Ваша светлость, какая приятная неожиданность…
— Обойдемся без любезностей. Я знаю, что планирует на завтра Никомо Коска.
Монца нахмурилась.
— Сражаться, полагаю. Как и я.
— Нет, у него другие планы. Как и у вас. Вы оба последние два года дурачите своих нанимателей. Я не желаю, чтобы из меня делали дурака. На притворное сражение могу посмотреть и в театре, за гораздо меньшую цену. Поэтому предлагаю вам двойную плату за настоящее.
Такого Монца не ожидала.
— Я…
— Вы верны ему, знаю. И уважаю это. Каждый должен чего-нибудь держаться в своей жизни. Но Коска — прошлое, а вас я считаю будущим. И брат ваш со мной согласен.
Такого Монца уж точно не ожидала. Она уставилась на Бенну. Тот усмехнулся.
— Ты заслуживаешь лучшего. Возглавить войска.
— Я не могу… и остальные капитаны никогда не…
— С ними я уже говорил, — сказал Бенна. — Со всеми, кроме Верного, а этот старый пес примкнет, когда поймет, куда ветер дует. Им надоел Коска с его пьянством и глупостью. Все хотят долгосрочный договор и командира, которым можно гордиться. Хотят тебя.
За нею наблюдал герцог Талина. И позволить себе выказать нерешительность она не могла.
— В таком случае, я согласна, конечно, — солгала Монца. — Тем более что вы платите вдвойне.
Орсо улыбнулся.
— Мне кажется, мы будем полезны друг другу, генерал Меркатто. Жду известий о вашей завтрашней победе. — И вышел.
Едва входной полог опустился, она ударила брата по лицу так, что тот не удержался на ногах.
— Что ты натворил, Бенна? Зачем?
Прижав к окровавленному рту руку, он бросил на нее хмурый взгляд.
— Думал тебя порадовать.
— Черта с два! Себя порадовать ты думал. Надеюсь, удалось.
Но ничего не оставалось, кроме как простить его и смириться. Ведь это был ее брат. Единственный человек, который ее понимал. И с планом были согласны Сезария, Виктус, Эндиш и большинство других капитанов, уставших от Никомо Коски. Поэтому обратной дороги не было. На следующее утро, когда занялся рассвет и началась подготовка к битве, Монца приказала своим людям атаковать по-настоящему. Что еще она могла сделать?
