Р
Они висели в безмолвном ничто космоса, и лишь яркое безжалостное перемигивание бесконечных сапфиров звезд, просом раскиданных во тьме расстояний, оживляло ледяное спокойствие вселенной. Но звезды были не одни, эти безразличные к вечным путникам космоса — людям, огоньки большей частью были задавлены размерами его цели, голубого шара, бывшего островом жизни и надежды, среди пустоты расстояний. Лин-восемь, такая близкая и теперь такая недостижимая для него планета, закрывала собой половину звездного неба.
Искореженный, практически лишенный жизни штурмовой истребитель застыл недалеко от спутника этой планеты. Маленькая, безымянная луна, окунула корабль в чернильно-непроглядную тень, скрыв ее от взоров и друзей и врагов.
На бортовом экране компьютера безразличная ко всему, безжалостно горела надпись, рекомендующая пилоту немедленно покинуть разбитую машину.
— Приехали, — чертыхнулся Дмитрий и откинулся на подголовник кресла. Его лицо под затемненным стеклом шлема было покрыто капельками пота, но вытереть лоб, не было никакой возможности, для этого пришлось бы снять шлем и очутиться в смертельном сне вакуума, проникшем в кабину, после ее разгерметизации. Теперь вся надежда была на прочность скафандра и систему жизнеобеспечения.
— Прости Хозяин, — раздался виноватый голос Пса, — я слишком стар для такого количества грагов.
— Не переживай Снап, — едва-едва покачал головой Дмитрий. — Что поделать, если день не удался?
Хотя в глубине души Дмитрий согласился со своим кораблем. Пес был стар. Он родился в то далекое и прекрасное время, когда Псы модели Доберман считались самыми мощными и опасными машинами. Увы, эти годы уже давным-давно минули в прошлое. Уже давно в Космические Силы пришли Мастифы и Доги, рядом с которыми старенький штурмовик Дмитрия казался раритетом из другой эпохи. Но что поделать, война, как голодная гиены пожирала все и вся, техники катастрофически не хватало, и в войсках приходилось использовать уже давным-давно устаревшие машины. Если положить руку на сердце, Дмитрий за все сокровища галактики не расстался бы с верным Псом, с которым он воевал вот уже целых три года. С тех самых пор, когда розовые мечты после летной школы били ключом, и казалось, что нет в этой жизни никаких преград и расстояний. Три года в сорок седьмом секторе — срок, для войны не маленький. За это время ты либо станешь легендой, либо превратишься в космическую пыль и все, оставшиеся для этого мира миллиарды лет будешь блуждать среди звезд. Дмитрию и его Псу пока везло. За три года несколько сотен боев, военная компания близ Антареса и Красный переход. Алмазная звезда Содружества, звание майора и пятьдесят семь белых звездочек на боку Снапа, о чем-то говорили. Их знали, их любили, их ставили в пример новичкам. Как, впрочем, и других, ветеранов.
— Доложи о повреждениях. Самую суть, — на Дмитрия напало то состояние, которое появляется, когда уже знаешь, что твоя песенка спета и теперь весь вопрос, КАК СКОРО это произойдет.
— Энергетические щиты уничтожены. Система наведения уничтожена. Система ориентации уничтожена. Система гипер прыжка уничтожена. Система дальней связи уничтожена. Система жизнеобеспечения функционирует на пятнадцать процентов. Прогнозирую ее отключение через полтора часа. Система бортового огня уничтожена. Подвеска с торпедой уцелела.
Тут Дмитрий хмыкнул. Естественно, что эта проклятая бандура, ради которой пришлось демонтировать половину энергосистемы, уцелела. Не уцелей торпеда, которой, если честно, не место на Псе, он бы давно уже не жил.
— Двигательная система в норме. Сенсоры в порядке. Система контроля энергии двигателей активна на три процента. Решетка реактора разрушена на сорок семь процентов. Вот такие вот дела, Хозяин, — отрапортовал Пес.
Дмитрий скрипнул зубами и закрыл глаза. От злобного бесчинства звезд и их молчаливого хохота становилось тошно. Если перевести все сказанное Псом на нормальный язык, то дела плохи. Черт с ними, со щитами и оружием. Без этого еще кое-как можно прожить. Но вот энергии на двигатели не больше чем на пару минут полета, а затем Снап превратится в разумную, но уже не способную передвигаться груду железа. И связь не работает, так что предупредить планету о своем присутствии, а главное о надвигающейся катастрофе, не удастся. А значит, Дмитрию придется провести последние полтора часа жизни, с бессильной яростью наблюдая, как флот грагов уничтожает одну из планет Земного Содружества.
— Мы сейчас видимы на радарах?
— Да, — после долгого молчания ответил Пес, когда Дмитрий уже начал бояться, что накрылись логические цепи компьютера и Снап больше не может разговаривать. — Но я слишком мал, да и расстояние все же большое, чтобы нас заметили с планеты.
