Подчиненные ворчали, взывали к здравому смыслу, но двигались. Они преодолевали уровень за уровнем, морщась от тошнотворных запахов гниения и сырости, просачивающихся сквозь кислородные маски. Спецназовцам приходилось перебираться через настоящие завалы мусора, оставленного фанатиками, и спускаться все глубже и глубже, до двадцатого подземного этажа.
– Подымить бы. – Кузнецов тоскливо вздохнул. – Как выберемся, пару пачек выкурю.
– Никотин нигде потом не закапает? – Свешников приспособил под сиденье ступеньку лестницы, расположился с комфортом. – У меня бы с двух пачек усы отпали.
Андронова перехватила винтовку поудобнее, прислонилась к перилам и мечтательно произнесла:
– Вот бы посмотреть. Сколько себя помню, ни разу такого не видела. Постоянно этот мохнатый брелок для ключей на губе висит. А вот что под ним?
– Под ним не человек, Наталья Максимовна, а ущербный и закомплексованный тип, стесняющийся без усов на улицу выйти. – Капитан поерзал, устраиваясь еще удобнее. – Куда я без усов? Даже в магазин за водкой не пойду, так как меня продавщица не узнает и потребует немедленно покинуть подведомственную территорию. Или скажет, что водки в продаже нету.
– А с усами – есть?
– А як же! Из-под прилавка бравому, хорошо знакомому капитану чего бы и не продать? Наше горячо любимое правительство весь кислород населению перекрыло, запретив продажу алкоголя без лицензии. Вот и приходится искать лазейки, продавать-покупать втихаря. А приди я без усов в любимый магазин – продавщица сразу откажет. Нету, мол, молодой человек, водки в продаже, да и не было никогда. Вот и докажи потом, что это ты на прошлой неделе у нее покупал. Без шикарных усов она меня ни в какую не… – Свешников не договорил.
Батяня вскинул руку, привлекая внимание. Он сидел на десяток ступеней выше и первым уловил далекий шум.
Майор спустился, указал на потолок и заявил:
– У нас гости. Приготовиться к бою. Похоже, кому-то захотелось поиграть в героев.
Десантники заняли удобные места, наставили автоматы на спуск лестницы. Никифоров к этому времени уже заканчивал с открытием потайной плиты. Он сообщил, что потребуется еще двадцать минут. Все проржавело и замыкает.
Повисла напряженная тишина. Через несколько мгновений сверху явственно начал доноситься шум. Спускались люди…
– Внимательнее! – Майор остановил переднего спецназовца, дернув его за рукав. – Куда прешь?
– Вниз, сэр! – Боец вытянулся, насколько позволяли раны. – Как приказано, сэр!
– Ты что, считать не умеешь? Уже пришли. – Майор вытянул шею, заглядывая в темноту спуска. – Русские наверняка нас уже ждут и постреляют к чертям. Только сунемся, и нам конец. Аккуратнее надо.
– Я понял, сэр.
Неизвестно почему, но за весь спуск американцы не встретили вообще никакого сопротивления. Даже лишних шумов не услышали. Трупы больше не попадались. Майор догадался, что фанатики, уничтоженные в верхнем помещении – последние. Больше их в лаборатории нет. Ну еще бы, больше недели боевых действий!
А русские, можно сказать, пришли на готовенькое, когда у фанатиков не осталось сил оказать достойное сопротивление. Вот и прорвались первыми, улучили удобный момент. Как всегда, впрочем.
Майор взглянул на своих людей и предупредил еще раз:
– Внимательнее. – Он порыскал по карманам, в поисках гранат, не нашел и спросил: – Эй, граната есть у кого?
Ему тут же протянули несколько штук на выбор. Один, похоже, действуя рефлекторно или спьяну, еще и чеку вырвал.
– Сдурел?! – Майор отшатнулся. – Последние мозги взрывами вышибло, кретин?!
– Виноват, сэр. – Спецназовец ловко вставил чеку на место, даже перевязанные пальцы ему не помешали, протянул опять: – Вот, держите. Разрывная.
– Я вижу, что не дымовая.
Майор взял презент, вырвал чеку и швырнул гранату вниз. Громыхнуло, взвились тучи пыли и бетонной крошки. Следом за этим донеслось что-то сердитое, с гневными интонациями.
Майор дослушал до конца, посмотрел на Харви и спросил:
– Ну и что они сказали?
Переводчик переступил с ноги на ногу и поведал:
– Ругаются, сэр.
– Я понял, что не песни поют. – Майор взял другую гранату, подкинул в руке, поймал. – Конкретнее, Харви.
– Говорят, что если мы швырнем еще одну гранату, то в ответ прилетит такое… Как бы это перевести? Да, какой-то песец. Исламисты уже с ним познакомились. Можем и мы, если не успокоимся, сэр.
Майор с тревогой вытянул шею, глядя в темноту спуска.
– Что еще за песец?
– Не знаю, сэр. Но знакомиться с ним мне не очень хотелось бы, сэр.
Майор с сомнением посмотрел на гранату в своей руке, глянул на подчиненных, увидел в их глазах явное нежелание сталкиваться с каким-то страшным и неизведанным песцом. Но русские могут и обманывать, время тянуть… К тому же есть приказ командования. Его нужно выполнить любой ценой. Какой угодно!
Мысленно перекрестившись, майор американского морского спецназа вырвал чеку и швырнул гранату вниз.
Дым рассеялся, эхо затихло. Снизу донеслось уже что-то веселое.
Харви превратился в слух, тут же побледнел, развернулся и, расталкивая спецназовцев, быстренько заковылял вверх по лестнице.
Он жалобно крикнул:
– Сэр, нас же предупреждали!
