– Я! – ответила Бинодини. – Не буду скрывать от вас, я виновата во всем. Плохая я или хорошая, но хоть вы попытайтесь понять, что творится у меня в душе… Я подожгла дом Мохендро огнем, который пылал в моей груди. Какое-то время мне казалось, что я люблю его. Но это была ошибка.
– Разве, полюбив, обязательно устраивать пожар?
– Это, наверное, цитата из ваших шастр? – заметила Бинодини. – Но сейчас мне не до них. Оставьте свои книги и, как Всевышний, загляните в мое сердце. Я не скрою от вас ничего.
– Я не зря руководствуюсь шастрами. Один лишь Всевышний в силах понять до конца каждое движение человеческой души. Если же мы не будем следовать предписаниям шастр, то дойдем бог знает до чего…
– Послушайте, Бихари, признаюсь вам без смущения, что только вы могли бы остановить меня! Мохендро действительно влюблен, но он безнадежно слеп и не понимает меня. Однажды мне показалось, что вы можете понять меня и даже относитесь ко мне с уважением. Ведь это было, не пытайтесь отрицать.
– Да, я уважал вас!
– И не зря, Бихари! Но почему вы не решились пойти дальше? Что мешало вам полюбить меня? – взволнованно продолжала Бинодини. – Забыв стыд, я пришла к вам и спрашиваю – почему вы не полюбили меня? Горькая моя доля! Неужели вы так любите Ашу? Нет, не сердитесь. Присядьте, пожалуйста. Я буду откровенна с вами. Я догадалась, что вы любите ее, еще тогда, когда вы сами не подозревали этого. Ума не приложу, что вы все нашли в ней. Ну скажите, что в этой женщине хорошего или хотя бы плохого? Почему Всевышний дал мужчинам глаза, но лишил их проницательности? Как легко вас одурачить! Глупцы! Слепые!
– Я выслушаю вас до конца, – сказал Бихари, вставая. – Но об одном прошу – не говорите, чего не следует.
– Я знаю, это причиняет вам боль, – продолжала Бинодини. – Но ведь я пришла, поступившись стыдом и страхом, к тому, кто когда-то уважал меня и кто, полюбив, придал бы моей жизни смысл. Будьте же снисходительны, подумайте и о моих страданиях. Поверьте, если бы не ваша любовь к Аше, я не причиняла бы ей столько горя.
– Что с ней? – воскликнул, побледнев, Бихари. – Что еще вы натворили?
– Мохендро решил уйти со мной.
– Невозможно! – крикнул Бихари.
– Невозможно? – повторила Бинодини. – Но кто в силах теперь удержать его!
– Вы!
Некоторое время Бинодини молчала.
– Для кого я стану это делать? – заговорила она наконец, устремив взгляд на Бихари. – Для вашей Аши? А что будет со мной? Неужели я должна отказаться от всего во имя вашей Аши, во имя благополучия самого Мохендро? Я не настолько добродетельна! И не начиталась до такой степени шастр.
Лицо Бихари все больше мрачнело.
– Вы старались быть со мной откровенны, – проговорил он. – Теперь моя очередь. Я отплачу вам тем же. И скандал, устроенный вами в доме Мохендро, и все то, что вы говорили мне сейчас, – результат влияния пьес и романов, которых вы начитались.
– Пьес и романов?! – воскликнула Бинодини.
– Да, пьес и романов. И к тому же дешевых. Вам кажется, что вы сами все придумали, но это не так. Все это влияние книг. Будь вы простой, невежественной девушкой, вы бы не были лишены любви в этом мире. Героиня пьесы получает признание на сцене. Но никто не захочет держать ее у себя в доме.
Куда исчезли горячность и безмерная гордость Бинодини? Она, словно загипнотизированная змея, застыв и наклонив голову, слушала Бихари.
– Скажите, что мне делать? – тихо спросила Бинодини, не глядя в лицо Бихари.
– Не желайте ничего необычного! Поступите так, как поступила бы на вашем месте любая простая разумная женщина. Уезжайте в деревню.
– Как же я поеду?
– Я провожу вас и посажу в вагон!
– Но эту ночь я проведу у вас?
– Нет! – воскликнул Бихари. – Я не настолько доверяю себе!
Бинодини опустилась на пол и, обхватив ноги Бихари, прижалась к ним.
– Ну хоть на несколько мгновений стань слабым, Бихари. Не будь непорочным, как каменное изваяние! Стань хоть чуточку хуже! Полюби грешницу! – Бинодини покрыла поцелуями ноги Бихари.
Потрясенный неожиданным взрывом чувств Бинодини, Бихари долго не мог прийти в себя. Он потерял над собой власть. Бинодини это почувствовала, встала перед ним на колени и обняла его.
– Жизнь моя, – горячо говорила она. – Я знаю, ты не можешь принадлежать мне вечно. Но полюби меня хоть на миг! После этого я скроюсь в лесу и никого не буду видеть! Подари мне воспоминание, и я буду хранить его до конца своих дней.
Бинодини закрыла глаза и приблизила свои губы к губам Бихари. На мгновение оба замерли. В комнате стало совсем тихо. Но через минуту Бихари, глубоко вздохнув, высвободился из объятий Бинодини и пересел на другой стул.
– Поезд отходит в час ночи, – сказал он прерывающимся от волнения голосом.
Бинодини словно окаменела.
– Я поеду, – едва слышно прошептала она.
Неожиданно в комнату вошел Бошонто, босиком и без рубашки. Встав рядом с Бихари, мальчик принялся с серьезным видом разглядывать незнакомку.
– Почему ты не спишь? – спросил Бихари.
Бошонто ничего не ответил, продолжая рассматривать Бинодини.
