Шелагин с ним заспорил, мы с Олегом не вмешивались. Я — потому что подозревал, что высказывание Грекова очень близко к истине, а Олег — потому что выкладывал на одну решетку — мясо, но вторую — колбаски. И если мясо было чисто свиным, но в хитром маринаде, то колбаски имели хороший такой процент мяса с Изнанки. Наделал я их не так давно и попробовать не успел.
— Да потому что он реально самый сильный маг в империи! — зло выкрикнул Шелагин.
— Он не сильный, — поправил я. — Он зависимый от реликвии.
— В смысле? — повернулся ко мне Греков.
— В смысле у него 12 кругов силы, остальное тянет с князей через реликвии. Из-за того, что тянет много, у него крыша поехала. Примерно, как у моего кузена, который захлебывался моей энергией. Если учесть, что реликвии накрыты оболочками, выполненными не по правилам артефакторики, то урон может быть еще сильнее.
— Ой-ёй, — присвистнул Греков. — Это мы сейчас не в противоправительственный заговор влезаем? И с чего ты взял, что у него так мало кругов? Мало для императора, разумеется.
— Я круги вижу, — пояснил я. — Теоретически император может их маскировать, но зачем, если все уверены, что он размажет любого?
— Пессимистичненько звучит, — заметил Греков. — От реликвий никто не откажется, а с ними…
— А с ними император наверняка может влиять на привязанного к реликвии князя. Например, перекрывать ему доступ к части энергии.
Я на автомате создал себе порцию газированной минеральной воды и отпил. Холодная, бодрит. Может, и зря я это рассказываю, но один против государства не вывезу, а старший Шелагин придержал информацию при себе. Возможно, решил, что не следует подчиненным знать о том, откуда могут прийти к князю проблемы? Желание выглядеть безукоризненным сильно вредит в вопросах безопасности.
Шелагин с Грековым переглянулись и Греков спросил:
— То есть на князей реликвия тоже влияет?
— Влияет, — признал я. — Это артефакты Древних. Но их изменили, и теперь они работают не так, как было предназначено. Наверняка там стояла защита от бесконтрольного перекачивания энергии туда-сюда. Ее сломали, случайно или намеренно — вот в чем вопрос. Потому что Живетьева доступ к императорской реликвии имела, делала свою и хотела ею заместить шелагинскую. Опиралась она на заметки Древнего артефактора. Даже скорее схемы, а не заметки. Насколько я понял, расшифровать язык ей не удалось.
— Нужно у нее эти схемы изъять… — протянул Греков.
— Алексей, — с нажимом сказал Шелагин.
— Что Алексей? Мы тихонечко. Она и не заметит. Зачем целителю труды артефактора? Вредно ей. И нам тоже. И вредно, и опасно.
— Она их при себе в пространственном кармане носит, — усмехнулся я. — Так что незаметненько не получится. Чтобы забрать, её придется убить.
Греков загрустил, но, как выяснилось, не потому, что считал убийство для себя неприемлемым.
— Ходят слухи, что её уже несколько раз пытались убить, — сообщил он. — Никому после этого не удавалось выжить. У нее чудовищная регенерация. Я, признаться, после того как узнал, какую роль эта милая старушенция у нас сыграла, принялся информацию собирать. Она невеселая. На неё не действует ни магия, ни железо, ни яды.
С ядами интересная идея. Это нынешние не действуют, а вот те, что шли в комплекте с ДРД, требуют проверки. Но есть способ, проверки не требующий.
— Изнаночный металл действует. Только нужно сразу рубить голову.
Греков повернулся к Шелагину.
— Слыхал? Вот оно, правильное воспитание. Парень четко знает, что нужно делать, чтобы получить результат. И никаких терзаний. И не говори мне, что князья не мстят.
— Почему не мстят, мстят, — признал Шелагин. — Но мстят, так чтобы их нельзя было обвинить. В глазах людей князь и его семья должны выглядеть недосягаемо честными и справедливыми. «Полный сил маг убил беззащитную старушку» — именно так будет интерпретироваться, если кто-то попадется. И тогда даже признание Ильи наследником не поможет — против нас выступят все и шелагинское княжество будет уничтожено.
— Оно и так будет уничтожено, если вы будете сопли на кулак мотать, — не выдержал я. — Император с Живетьевой строят планы, как нас всех грохнуть. Пока склоняются к тому, что самолет, на котором мы все будет возвращаться со следующего Совета, рухнет на скалы.
Оставив народ переваривать сказанное, я пошел на кухню за дополнением к мясу. Таскать порциями я не захотел, взял весь ларь, благо там все равно облегчение веса работало. Так и принес, поместил ларь рядом со входом в беседку и достал пока только овощную нарезку.
— Никогда не думал, что спрошу такое у пацана, — сказал Греков, — но вариантов нет. Илья, ты смог бы убить Живетьеву?
— Без изнаночного клинка — нет. С ним можно попробовать.
— Только попробовать?
— Без гарантий, — признал я. — Я никогда никому не рубил голову. Рука может дрогнуть. А если не получится с одного замаха — только удирать и делать вторую попытку через какое-то время.
