– Ну, ну! – Лерка вновь насмешливо фыркнула. Потом она помолчала немного и добавила всё тем же ядовито-насмешливым тоном: – Если она тебе так уж нравится, зачем было убегать?
От неожиданности я даже привстал.
– Что ты сказала?! Не понял! – Хотя всё я отлично понял и наконец-таки разозлился уже по-настоящему. Господи, ей то, что за дело?!
– Что слышал, то и сказала! – Лерка в третий раз насмешливо фыркнула. – Просто ты не в её вкусе.
Это было уже слишком.
– Это не твоего ума дело! – ору я, вскакивая на ноги. Лерка тоже неторопливо встаёт, и так мы некоторое время молча смотрим друг на друга.
– Не сунь свой конопатый нос туда, куда тебя не просят, ясно?!
– Господи, какие нервные все!
Лерка передёрнула плечами, повернулась ко мне спиной и пошла прочь, но, отойдя всего несколько шагов, снова остановилась.
– Я купаться буду! – вдруг заявила она, стаскивая с плеч свою кожаную курточку. – Только, чур, не подсматривать!
– Была охота!
Я демонстративно поворачиваюсь к ней спиной и вновь опускаюсь на влажную ночную траву. И, почти одновременно с этим, со стороны костра доносится до моих ушей, чуть приглушённый расстоянием, взрыв пьяного хохота. Но, сколько я не прислушивался, сколько не напрягал слух, так и не смог определить в два или в три голоса звучал он, этот хохот.
Зачем, ну зачем я ушёл?! Как в чём, а в этом дура эта рыжая полностью права! И, главное, исправить то уже ничего нельзя! Ну, как мне сейчас обратно идти? И что за картину я там могу застать?
За спиной моей послышался слабый плеск воды.
Вот дура ненормальная, неужто она и впрямь купаться полезла? Я искоса взглянул в ту сторону. Ну, правильно, так и есть!
Господи, да что она, вообще, из себя воображает, мартышка размалёванная!
Я старался не думать о том, что происходит сейчас там, у костра… но не думать об этом я не мог. Жорка уже спит, голову на отсечение могу дать, что спит…
Я уже почти ненавидел Витьку… и вдруг, словно отрезвев, даже сам испугался этой своей «почти ненависти».
Господи, почему?! – я обхватил голову руками и сжал её так сильно, как только мог. – Ну, почему так?! Серёга – Наташу, Витька…
И тут мне пришло в голову, что Серёгу я, не то, чтобы ненавидеть, ревновать толком не мог. Я на него всегда снизу вверх смотрел, он моим идеалом был, кумиром моим… Да и почему, был? Сейчас тоже… Витька же…
«Витька – твой друг! – мысленно напомнил я себе. – Друг с самого раннего детства, как только ты себя помнить начал…»
Всё, хватит! – Я встал. – Сейчас я пойду туда и… Я просто поговорю с Витькой, просто с ним потолкую… Я объясню этому сукиному котяре, что значит для меня Ленка… мне кажется, он должен уразуметь…
– Ой, нога! – раздался позади меня отчаянно-истошный вопль. – Судорога!
Вот чёрт! Совсем я позабыл об этой Лерке-Валерке, а она, ко всему прочему, ещё и тонуть вздумала.
Скинуть тенниску и брюки было для меня секундным делом. И вот я уже на предельной скорости плыву в удивительно тёплой воде… А впрочем, куда же мне плыть то? Где эта дура? Неужто, утопла уже?
– Ты где? – негромко осведомляюсь я у ночной темноты.
– Здесь! – ответный возглас раздаётся на удивление близко. – Сюда плыви!
Размашистым брассом я подплываю к ней.
– Ну, как, прошло?
– Не знаю. Нет, кажется…
Ну, нет, так нет.
– Ладно, поплыли! Руку дай!
Перевернувшись на спину, я плыву к берегу, медленно, ибо работаю одними ногами, как на буксире волоча за собой Лерку. Вот, наконец, и дно…
– Всё, приплыли! – объявляю я, переводя дыхание. – Идти можешь?
Она отрицательно мотнула головой.
Господи, как же она мне надоела! Но что поделаешь…
Пришлось подхватить её на руки, причём Лерка немедленно обвивает обеими руками мою шею и тесно ко мне прижимается. И вот в таком положении я начинаю медленное своё (наше, то есть) продвижение в сторону суши. И тут только замечаю, что Лерка-Валерка эта, в сущности, и не одета совсем. Ну, то есть, совершенно ни во что не одета. В костюме Евы, ежели точнее…
От неожиданности я даже останавливаюсь и чуть было не выпускаю её из рук. Хотя… чёрта с два её выпустишь, вон, как здорово за шею мою уцепилась!
– Ты чего? – спрашивает Лерка, жарка дыша мне в самое ухо. – Чего остановился?
Но ко мне ещё, увы, не успел возвернуться дар человеческой речи, а по сему я лишь молча волоку эту ненормальную туда, где, разбросанная в полнейшем беспорядке, смутно чернеет её одежда. Быстро опускаю на траву, хочу выпрямиться…
Не тут то было!
Весело расхохотавшись, и не выпуская при этом цепких своих объятий, Лерка вдруг с такой силой дёргает меня в свою сторону, что я, от полной неожиданности и полусогнутого своего положения, никак не могу устоять на ногах. Я падаю прямо на Лерку, а она, не отпуская рук, обвивает меня ещё и ногами.
– Ты что, сдурела?! – Я пытаюсь оторвать Лерку от себя, но мне это пока никак не удаётся. Она прижалась ко мне всем своим телом… я ощущаю его, это её тело, каждой клеточкой своего, тоже почти неодетого тела ощущаю. На мне только плавки… на ней же, как я уже говорил, вообще ничего нет…
Так легко потерять голову в подобной ситуации, но я сопротивляюсь изо всех сил.