Автобусы остановились, и в тот же момент их внешние стенки упали, будучи заранее подпиленными и державшимися на честном слове… и запорах, а за ними оказались батареи пусковых труб, изрыгнувших столбы пламени с дымом, а кроме того — тяжёлые скорострельные турели (снятые в убежище «Четырёх Звёзд»). Застрекотали выстрелы, загрохотали взрывы, заставляющие землю вспучиваться облаками песка и камней, разбрасывая осколки.
За первым залпом гранатомётов, заставившим ошеломлённых подобным отпором вояк залечь обратно в укрытия, так как броня пусть и спасала от большинства повреждений, но не даровала неуязвимость, полетели ЭМИ-гранаты. Снаряды, благодаря подключённой к наведению автоматике, ложились точно в своеобразные лунки, после чего надёжно вырубали всю технологическую начинку доспехов, превращая их в металлические гробы, которые не каждый земнопони вообще сможет сдвинуть с места. Кучность попаданий была такова, что каждый из окопов накрыло минимум по два заряда, из-за чего примерно четыре десятка «живых танков» оказались небоеспособны.
Только и Рейнджеры не спешили сдаваться: группа, обрушившая плакат, открыла огонь из гранатомётов по передним машинам, превращая их в груды металлолома, после чего бойцы были вынуждены отступить под огнём гулей, высыпавших из автобусов, при помощи телекинеза вытаскивая оттуда турели. В небо же взмыли робосовы, загруженные как ЭМИ-гранатами, так и плазменными «драконьими яйцами».
Эффект внезапности, использованный обеими сторонами, на этот раз сыграл в пользу моих подчинённых, окопавшихся на месте даже до того, как я восстановил связь со своими дронами. Однако же стоило шестилапам и квадрокоптерам войти в сеть, как на меня посыпался целый град отчётов.
«Как интересно», — ориентируясь при помощи пип-бака, зона покрытия коего увеличена благодаря подключению к стационарной антенне, поднимаю объектив камеры шестилапа, сидящего на крыше замыкающего автобуса вверх, туда, где скрываются жёлтые маркеры успешно маскирующихся в облаках объектов, наблюдавших за всем ходом скоротечного боя.
— Командующий Крусейдер, разрешите обратиться? — подойдя к другому роботу-разведчику, находящемуся внутри салона одного из пассажирских транспортных средств, гуль-земнопони, одетый в форму сержанта пехотных сил Эквестрии, приложил правую переднюю ногу к почти лысой голове.
— Разрешаю, — отвечаю спокойным голосом с явными нотками металла.
— В плен было захвачено тридцать восемь единиц живой силы противника в броне тяжёлой пехоты эквестрийских войск, — отчеканил жеребец, в мутных глазах которого промелькнула искренняя ярость. — Ещё шесть единиц противника смогли отступить, но я не решился отправлять погоню: без прикрытия тяжёлого вооружения и летунов они раскатают моих пони как бульдозер картошку.
— Это правильное решение, сержант: мы не можем позволить себе терять бойцов, — приказав дрону подняться и выпрыгнуть из автобуса через сломанную стенку, осматриваюсь вокруг при помощи камеры, замечая, как гули сноровисто подготавливают оборудование для «вскрытия консервов». — Подкрепление уже отправлено навстречу колонне.
— Служу Эквестрии, сэр, — снова отдал честь жеребец, всё ещё живущий на войне, а мир воспринимающий через призму своего искажённого восприятия (для него родина не пала, просто пропустила тяжёлый удар и теперь собирала силы в кулак, попутно помогая гражданским… в то время как немалая часть армии дезертировала). — Сэр, по законам военного времени и в условиях отсутствия связи с верховным командованием предлагаю расстрелять предателей на месте.
— Отставить, — отвечаю через динамик насколько возможно спокойно и недовольно. — Мы — защитники Эквестрии, а не судьи, солдат. И тем более мы — не палачи. Тебе это понятно?
— Так точно, сэр, — отдал честь гуль. — Разрешите приступать к обезвреживанию единиц противника и подготовке их к транспортировке?
— Приступайте, — отдав последний приказ, переключаю внимание на другого дрона, который отошёл от основной группы назад, чтобы проследить за медленно приземляющимся пегасом в силовой броне.
В то же время ещё четыре летуна остались наверху, расположившись широким полукругом, по всей видимости готовясь прикрывать товарища в случае угрозы. От внимания гулей появление пегаса не ускользнуло, так что они поспешили подготовиться к возможной битве, занимая наиболее удобные позиции.
Отправив разведчика навстречу летуну, который встал посреди дороги и сложил крылья, попутно отключив оружие и всем видом стараясь демонстрировать миролюбие, при помощи виртуальной реальности прогоняю симуляции возможного диалога. К сожалению, информации о новоявленном Анклаве у меня мало, так что разброс сценариев слишком велик…
— Ни шагу дальше, — попросил пегас голосом немолодого жеребца, когда между моим дроном и летуном осталось десять метров. — Поговорить мы сможем и на таком расстоянии. Мистер Крусейдер, я полагаю?
— Вы чего-то опасаетесь? — чуть увеличив громкость динамика, всё же останавливаю шестилапа.
