— Мисс Флаттершай, вам плохо? — голос молодого жёлтого земнопони вывел летунью из ступора, заставив осознать, что она уже пару минут стоит на развилке двух тропинок, опустив голову к земле. — Мне позвать помощь? Может быть, проводить вас до госпиталя?
— Н-нет… — несколько раз моргнув, крылатая пони подняла голову, смущённо улыбнулась и внимательно посмотрела в голубые глаза зеленогривого жеребца. — Я просто задумалась. Прошу меня простить за то, что доставила неудобства…
— Что вы, мисс Флаттершай, я только рад помочь, — лучезарно улыбнулся собеседник, на миг заставив летунью пожалеть, что её лучшие годы уже прошли, но затем она напомнила себе, что если бы он знал о её «подвиге», то в лучшем случае и не подошёл бы. — Вы уверены, что с вами всё в порядке? Может быть, всё же вас проводить?..
— Нет-нет, не нужно, — поспешно отозвалась жёлтая пегаска, сделав полшага назад и прижав ушки к голове. — Я уже опаздываю на заседание… Простите.
— Хорошо… — отозвался земнопони, когда крылатая кобылка обогнула его по траве, шустро удаляясь к выходу из сада, а затем крикнул ей вслед: — Если что-то понадобится, просто найдите меня! Я — Еллоустоун!..
Только выбежав в коридор и дождавшись момента, когда автоматическая дверь закроется, Флаттершай сумела выдохнуть спокойно, тут же ощутив, как к мордочке приливает кровь. Собственное поведение секундами ранее показалось ей жутко глупым, подходящим скорее уж стеснительной школьнице, к которой подошёл главный красавчик класса, нежели многоопытной пони, годящейся этому жеребчику в матери. Впрочем, попытка вернуться и извиниться смотрелась бы ещё глупее — и окончательно добила бы чувство самоуважения.
«Ну почему всё не может быть просто?» — мысленно прохныкала летунья, поднимая взгляд к сводам потолка, откуда светили лампы дневного света.
Пип-бак в очередной раз напомнил о себе звуковым сигналом. Когда же крылатая кобылка подняла ногу и посмотрела на маленький экран, её взгляду предстало оповещение, что совещание уже началось, и все ждут только её одну. Флаттершай оставалось только поспешить на встречу, дробным цокотом копытец оглашая коридоры.
…
— Всё тайное рано или поздно становится явным, — обвожу взглядом виртуальный зал совещаний, стены коему заменяют многочисленные мониторы.
— И явным оно становится обычно в крайне неподходящее время, — добавил Мыслитель, кресло коего располагалось с противоположной стороны круглого стола. — Нам это известно.
— Полагаю, Основа хочет сказать, что у нас имеются две проблемы, несущие определённую пользу в тактическом плане, но способные принести немало вреда в долгосрочном планировании, — вставил свою реплику Воин. — Поясню для зависающих: Рэйнбоу Дэш — преступник номер один для Анклава; Флаттершай при определённом стечении обстоятельств — предатель номер один для всей Эквестрии.
— Если Анклав узнает, что мы укрываем их бывшую главнокомандующую, то… — Техник многозначительно замолчал.
— Им придётся утереться, — равнодушно заявил Мыслитель, тут же пояснив: — Благодаря этой пегаске у нас есть некоторые коды доступа, что в случае крайне неблагоприятного развития событий сделает башни ПОП… нефункциональными. Правда, и нам не следует трезвонить об этом на каждом углу, да и вообще — главу Министерства Крутости лучше попридержать в качестве козырного туза.
— С её помощью мы можем попытаться захватить центр управления ПОП, — заметил Воин. — Это фактически даст нам право диктовать свою волю Анклаву.
— Не то чтобы я был против этого… — Мыслитель сделал паузу, нагнетая обстановку. — Но на нынешний момент данный проект неосуществим из-за подавляющей военного превосходства пегасов.
— Это всё здорово, но я имел ввиду другую проблему, пусть и связанную с пегасами… косвенно, — похлопав в ладоши, волевым усилием заставляю появиться над столом трёхмерное изображение жёлтой кобылы. — Как нам известно, Флаттершай — пони, передавшая зебрам технологию создания мегазаклинаний. Она — очень удобный инструмент влияния на общественность, так же, как и её подруги. Однако же, если факт этого её поступка вскроется, некоторые деятели смогут этим воспользоваться, чтобы очернить в глазах пони всю команду, и тогда…
— Нам останется либо всё отрицать, либо откреститься от этой кобылы, заявив, что мы ничего не знали, — констатировал Мыслитель. — Но и это будет не лучшим выходом, так как в результате покажет нашу несостоятельность в плане сбора данных.
