Колонна машин заехала на просторную автостоянку, соседствующую с автозаправкой и автомойкой, которые когда-то пользовались большой популярностью у путешественников. До сих пор здесь стояли несколько туристических автобусов, один трейлер и два легковых автомобиля, которые были перетащены к дальней стороне площадки.
Едва заглохли двигатели, как раскрылись дверцы кабин и кузовов, из коих под открытое небо выбрались пони в рабочих комбинезонах, защитных жилетах, шлемах с прозрачными забралами, с притороченным к бокам оружием и инструментами. Из фур с металлическим цокотом выпрыгивали шестилапые дроны, небольшими группами разбегающиеся по окрестностям, направляясь к лишь Крусейдеру известным целям…
«Крусейдер знает, куда они спешат», — изогнув губы в кривой усмешке, с иронией подумал Хэтхуф, оглядывая выстроившихся перед ним жеребцов и кобыл из числа добровольцев, вызвавшихся выполнять нужную, но не слишком приятную работу.
— Не буду произносить долгих прочувственных речей… потому что не умею, — начав говорить сильным громким голосом, на последних словах земной пони изобразил смущение, тем самым вызвав у подчинённых череду негромких смешков (всё же уроки ораторского искусства и управления толпой не прошли даром), что слегка развеяло мрачную атмосферу. — Пока наши металлические друзья мародёрствуют, мы должны оказать последние почести тем, кто находился здесь на момент падения мегазаклинаний. Повторяю правила: передвигаемся только четвёрками, из которых двое охраняют, а двое работают, меняясь каждые тридцать-шестьдесят минут; постоянно поглядываем на пип-баки… не зря же их всем выдали; в случае появления угрозы отступаем к машинам и занимаем оборону. На самый крайний случай в получасе полёта дежурит «Хищник» со штурмовыми роботами на борту. Вопросы есть?
Вопросы были, пусть и немного: в конце концов это была уже не первая командировка из Мэйнхеттена, куда стягивались обитатели стойл, лагерей выживших, пегасы из-за уже не существующей завесы. Вскоре пони стали расходиться, беря с собой груз из мешков, обязательные аптечки, чистую воду и небольшие коробочки с обедом.
Хэтхуф знал, что новоявленные «горожане», в особенности из числа молодёжи, которую стараются не выпускать из безопасной зоны, всё чаще называют их мародёрами, так как из каждой своей поездки они привозят тонны грузов, оседающих на складах ЭСС. На самом же деле большинство добровольцев сюда приходило ради совсем иного, а любителей пограбить ничейные дома отсеивали на другие работы (психологический отбор вообще был строгим, но и поощрения того стоили).
Дёрнув ухом на звук рассекаемого крыльями воздуха, за которым последовал быстрый перестук копыт приземлившейся пегаски, глава группы развернулся к кобыле в перекрашенной в голубые и золотые цвета броне Анклава. Повышенная до лейтенанта летунья, изобразив воинское приветствие, начала доклад:
— На территории поселения была обнаружена стая одичавших собак, которые были расстреляны из мелкокалиберного оружия; дома несут на себе следы деятельности мародёров, в некоторых из них обнаружены следы борьбы и костры. Моим крылом были обнаружены семеро неразумных гулей, которых удалось заманить в один из подвалов, где они и были закрыты, после чего на входной двери было повешено предупреждение.
«Похоже, что разумных гулей за пределами Мейнхеттена, Понивилля и Кантерлота почти не осталось», — отметил про себя Хэтхуф.
— Хорошая работа, — поняв, что продолжения не последует, похвалил подчинённую жеребец. — Возвращайтесь к патрулированию и докладывайте об обстановке каждый час… если ситуация не изменится.
— Есть, сэр, — притопнула передними ногами собеседница, затем развернулась, присела и, оттолкнувшись задними ногами, подбросила себя в воздух, распахивая крылья.
Проследив за крылатой кобылой взглядом, наземник только хмыкнул. Временами ему казалось, что летуны проявляют чрезмерный энтузиазм только из-за того, что таким образом хотят загладить свою вину за реальные и вымышленные прегрешения.
«Вечно в голову какие-то глупости лезут. Пойду-ка покопаюсь в земле — всё больше пользы будет».
***
Пользуясь тем, что над головой (образно выражаясь) не висит угроза в виде военной структуры, управляемой агрессивно настроенными пегасами, как и уменьшилась вероятность нападения со стороны земнопони-расистов, я позволил себе разморозить некоторые маловажные в ближней перспективе проекты. Благодаря данным, собранным министерствами до падения мегазаклинаний, а также информации, полученной за первый год после дня «Д», мне удалось сделать ряд неприятных выводов, одним из коих является низкая эффективность сил спасения Эквестрии, как и неподготовленность к масштабным бомбардировкам.
