Перехватываю прямое управление над «танком», выводя его в коридор и заставляя лечь на пол. Позади него встал стрелок, нацеливший сдвоенное орудие на дальний конец коридора, сохранившегося на удивление хорошо: на правой стене висят плакаты с портретами принцесс, а также розовой земной пони, над которой красуются надписи вроде «Мин-Мор следит за тобой»; слева тянется ряд ниш, в которых находятся вращающиеся кресла, с трёх сторон окружённые погасшими мониторами (вроде тех, которые я впервые увидел в комнате охраны торгового центра) и пультами управления; на полу лежат тела пони в розовых рубашках с галстуками, некоторые из которых скрючились в неестественных позах, другие свернулись калачиками… Картину дополняют пластиковые стаканчики из-под кофе, бутерброды, мигающие зелёными лампочками холодильники, по-видимому, имеющие свои источники питания.
Вот в дальнем конце коридора распахивается пластиковая дверь, которая была неплотно прикрыта, и с лестничной клетки, соединяющей этажи с третьего и до шестого, вылетели восемь сов-роботов, вооружённых энергетическим оружием. Красные объективы нацелились на шестилапов и темноту, разгоняемую только фонарями разведчиков, разрезали яркие вспышки. Навстречу им поднялся «танк», металлический щит коего с честью выдержал первые попадания, а затем застрекотала турель второго разведчика, успешно поймавшего в прицел летучих противников.
В коридоре не было места для манёвра, да и механические птицы не пытались использовать укрытия, просто летя вперёд и стреляя в ближайшего противника. В результате, не успели они преодолеть и половины разделяющего расстояния, как бой был завершён.
«Такие многообещающие технологии… и столь бездарное их применение», — убедившись, что угроза устранена, приступаю к осмотру помещения и ремонту пострадавшего шестилапа.
…
Третий этаж оказался обесточен, но как мне удалось понять — большинство мониторов, терминалов и иного оборудования остались работоспособными. В результате этого Технику был отправлен приказ доставить трофеи в торговый центр для обустройства в нём собственной комнаты наблюдения (камеры есть, так что нужно лишь разместить их в стратегически важных местах). Удивили холодильники, оказавшиеся миниатюрными аналогами холодильной камеры, где прятались обитатели спортивного лагеря: кроме миниатюрных источников питания в виде довольно мощных спаркл-батарей, они могут похвастать ещё и защитой от радиации, обеспечиваемой толстыми стенками из свинца и серебряной фольги. Понятия не имею, зачем это было сделано, но факт в том, что продукты, находящиеся внутри, до сих пор пригодны к употреблению… хотя есть их и некому.
На четвёртом этаже обнаружились офисы, в которые вели пластиковые двери из узкого коридора: словно под копирку оформленные помещения с маленькими кухнями, рабочими столами, компьютерными терминалами и диванами для посетителей, если не считать пепла, принесённого через выбитые окна ветром, хоть сейчас могли бы принять новых обитателей. Здесь же обнаружились тела гулей, головы которых были взорваны энергетическим оружием.
«Похоже, роботы-совы приняли их за чужаков», — пришёл я к неутешительному выводу (ведь среди них мог найтись кто-то зацикленный или же вовсе — разумный).
Путь наверх, туда где была обнаружена розовая земная пони, более не был отмечен никакими знаменательными событиями. Когда же шестилапы вошли в помещение, по всей видимости являющееся офисом главы министерства, на пип-бак дрона-ретранслятора пришёл входящий вызов, а розовый терминал, украшенный кристаллами в виде воздушных шариков, зажёг розовую подсветку экрана. Однако же атаки не последовало, да и спустя минуту ожидания я сделал вывод, что устройство попросту было настроено на активацию, если в зоне беспроводной связи окажется ещё один абонент.
Подведя одного из ремонтников к рабочему столу, беру его под прямое управление и навожу объектив камеры на экран компьютера. Моему взгляду предстал рабочий стол с несколькими файлами, один из которых оказался аудиозаписью, названной «Прослушать первым… пожалуйста».
«Раз просят так вежливо, то было бы грубо отказать», — промедлив ещё несколько секунд, анализируя риски, подвожу правый передний манипулятор к кнопке клавиатуры и нажимаю её.
— Привет… Крестик… Тебя ведь так зовут? — зазвучал из динамика тихий голос, в котором отчётливо определялись усталость, грусть и сдерживаемые слёзы. — Прости… ты меня не знаешь… и вообще… грубо так… обращаться по имени… к незнакомцу… Просто я… Я хотела бы вообразить, будто бы разговариваю с другом. Ты ведь не против?..
«Почему бы и нет», — произношу мысленно, одновременно с тем перевожу все свободные ресурсы процессора на попытку понять, каким образом кто-либо из пони может знать мой позывной, при этом ни разу не общавшись ни со мной, ни даже с моим предшественником (по крайней мере, в базе данных об этом нет информации).
