– Пока никак, но мы его допрашиваем. К счастью, на диске нет ни дат, ни имен конкретных агентов, зато там подробно расписан ряд довольно сложных операций, которые Бюро ведет через городские отделения здесь и в Канаде. Сегодня вечером Хиггинса доставят самолетом в безопасное место. Поверьте мне, он расскажет нам все, когда поймет, что так для него лучше.
– Но зачем он пошел на это? У вас есть какое-нибудь объяснение?
Мичум кивнул:
– Мы извлекли из его компьютера временный файл, который он не смог грохнуть. Я думаю, что это ответ на ваш вопрос. – Мичум открыл папку и положил ее перед Гастон.
– Это что, счета? Они же на тысячи долларов. От кого они? – изумилась она.
– С сайта «Безлимитный покер», мэм. Мистер Хиггинс, похоже, откусил больше, чем может прожевать. Парень пополнил счет на трех кредитных картах и подключился к онлайн-сервису еще на сорок тысяч долларов, не считая невыплаченных процентов. И еще, на прошлой неделе один человек из моей команды следил за ним, когда он шел на какую-то встречу. Оказалось, это организация типа «Анонимных игроков». – Мичум опять фыркнул. – Так что, похоже, Хиггинс влип не на шутку.
– А как же мы? Вы сказали, что он скомпрометировал наши данные и оперативные планы?
Мичум кивнул.
– Агентство поддерживает контакты с конной полицией Торонто. Хиггинс передавал секретные материалы и корреспонденцию прямо в мечеть на бульваре Королевы Анны, за которой ведется круглосуточное наблюдение. Уже несколько месяцев. Имам Мохаммед Назир проповедует насилие – в этом нет ничего удивительного. – Мичум снова фыркнул. – Соответствующие органы уже почти доказали причастность Назира к событиям одиннадцатого сентября. Так что ваш парнишка не мог бы выбрать себе постельки погорячее – разве что в самом аду.
– Он не мой парнишка. Я его не нанимала, и, судя по собранной нами информации о его прошлом, он не должен был пройти проверку. Откуда мы знаем, что он действует в одиночку? Может быть, на его диске есть что-то, указывающее на других сотрудников чикагского офиса? – спросила Гастон. – В связи с этим, я полагаю, агент Миранда довел до вашего сведения, что он обнаружил одноразовый телефон у Лидса Хьюза, сотрудника, не имеющего разрешения на ношение дополнительного телефона для выполнения своих должностных обязанностей.
– Хьюза мы проверили. Он чист. По телефону с предоплатой звонил только сыну сестры. Мальчику двенадцать лет, и у него такой же телефон, как у Хьюза, с номером дяди. Сестру Хьюза бросил муж, и он старается помогать ей и детям. Он понимает, что должен был обратиться к вам за разрешением, но оправдывается тем, что не хотел выносить на люди грязное белье своей семьи.
Гастон кивнула:
– Понятно. И никаких других сообщников Хиггинса ни внутри агентства, ни за его пределами не обнаружено?
Мичум покачал головой.
– Мы опросили почти весь персонал чикагского офиса – один на один, под подписку о неразглашении информации, обыскали все кабинеты, изучили историю работы каждого. – Мичум ухмыльнулся. – У вашего судмедэксперта Кристины Прюсик красочная трудовая биография.
– Она как-то связана с утечками информации? – И Гастон так постучала по столу полированным ногтем, словно хотела вбить его агенту прямо в мозг.
– Нет. Но я и не ждал ничего подобного, учитывая характер ее работы. Ее дело – проведение судмедэкспертизы по преступлениям, совершенным в разных штатах.
– Все это хорошо, Эд, но и я тоже не ждала, что «кротом» внутри нашего агентства окажется главный эксперт-криминалист по информационным технологиям. Мы должны действовать тщательно. Полумеры ничего не дадут, особенно когда речь идет о национальной безопасности, тем более в моей зоне ответственности.
– Согласен. В качестве меры предосторожности советую вам вызвать Прюсик в офис для разговора с моими людьми. Это разумное требование, ведь Хиггинс – ее непосредственный подчиненный.
Гастон кивнула:
– Спасибо, Эд. Я скоро свяжусь с вами.
Мичум встал и повернулся, чтобы уйти. Гастон хотела поднять трубку и позвонить Миранде, но не успела – телефон зазвонил раньше.
– Гастон у телефона. – Она долго слушала молча, а когда открыла рот, то у нее вырвалось: – Срань господня.
– Это результаты газовой хроматографии, агент Прюсик. – Джейкоб Грэм оглядел закусочную на окраине Бенсона. Она была почти пуста, только через несколько столиков от них молча потягивали кофе пожилые супруги. Была пятница, 7 утра; немного рановато для Кристины, которая поздно вернулась в гостиницу – они с Джо весь день обсуждали ход расследования. – Они определенно подходят к нашим шкуркам, – сказал он, поглаживая свою жиденькую бородку.
– Вы имеете в виду те, которые украли два года назад со склада при лаборатории? – Кристина попросила Лидса Хьюза переслать Грэму результаты анализа яда из тканей Наоми Винчестер, чтобы он сравнил их с образцами из Исследовательского центра Пембрука.
– Да, это определенно один и тот же яд. – Грэм рассеянно комкал край бумажной скатерти. Кожа на веснушчатых руках молодого человека блестела, как после ночного сна, блестело и его встревоженное лицо.
