— Александр Казимирович, возьмите на контроль проведение инструктивных занятий с инженерной разведкой, — сказал Слюнев. — Привлеките кого надо…
— Я понял, — соглашаясь, ответил Крышевский.
Было ясно, что для штаба виновниками трагедии оставались саперы, но открыто обвинять не стали. Егор почему-то решил, что причина тому, понимание сложившейся сложной ситуации: что обнаружить то, что умело спрятано — всегда очень сложно. К тому же солдатами прикрытия, что в момент подрыва шли гурьбой, было допущена личная недисциплинированность, серьезное нарушение инструкции… А как результат: их гибель.
— Так… Что еще… еще, пришло донесение. — Сменил тему Слюнев. — Так… — Слюнев пробежал по тексту глазами, — так… — послюнявив указательный палец, перевернул лист. — Так… в район поселка Алхан-Чурский, где не так давно погиб прапорщик Чернов, кто-то прирезал местного жителя, чеченца… Так что джихад — неизбежен! — подытожил комбриг, поглядев на офицеров-саперов, отложив телеграмму в сторону.
— Чьих дело рук неясно, — добавил Крышевский, — но предположить можно: возможно, наши «отличились», а возможно и не наши… рядышком, под боком, 46 бригада… Черт, их знает, кто?.. А может и провокация…
Несмотря на предупреждение, и максимально проявленную осторожность утром следующего дня Егор с саперами ничего не обнаружил. Не было на маршруте ни фугасов, ни каких-либо других взрывоопасных предметов. Никаких проявлений агрессии. Ничего. Отчего настроение было приподнято, невзирая на сырость.
Егор неторопливо брел по тротуару, хитро посматривая по сторонам:
«Здесь я очень верю в свое внутреннее чутье. Оно у меня от индейцев… — думал Егор, внимательно выбирая место для очередного шага. Егор верил, что это чутье у него от североамериканских индейцев — Могикан, что так нравились ему с детства, и чей привлекательный образ и самобытность культуры красочно описывались в произведениях Фенимора Купера. Но Егор верил и в нечто другое. У него было ощущение, что те вещи, которые человеку необъяснимо нравятся, подсознательно привлекают его, — раньше, возможно в другой жизни, всецело принадлежали ему. Либо, человек принадлежал этим вещам, от чего и появилась эта необъяснимая привязанность. Ему всегда нравились индейцы: Абенаки, Апачи, Виннебаго, Гуроны, Делавары, Ирокезы, Команчи, Навахо, Эвенки, мексиканские Ацтеки, Инки, воинственные Майя, Сапотеки, Серы, Тольтеки, Отоми, порабощенные испанцем Кортесом в XVIII веке… — Могикане мне нравятся больше, — решил Егор, — они занимались земледелием и охотой, и не были воюющим племенем»…
Некогда крупная и могущественная конфедерация пяти индейских племён из группы алгонкинов, населяла верховья по среднему течению реки Гудзон, что на востоке современного штата Нью-Йорк — юго-запад Вермонта, запад Массачусетса и северо-запад Коннектикута. Южная граница индейских земель проходила по району современного города Покипси на реке Гудзон. Западная — по горам Катскилл и ручью Скохари-Крик. Восточная — по горам Беркшир-Хилс и Зелёным горам, а на севере их территория простиралась до озера Шамплейн. Название «Могикане» переводилось с родного языка, как люди большой реки, или речные индейцы.
Первоначально Могикане имели три матрилинейных рода: Волка, Черепахи и Индюка. Каждый род, позже разделился, и подразделения стали самостоятельными родами, но сохранили названия первоначальных родов как названия соответствующих фратрий: фратрия Волка — четыре рода: Волка, Медведя, Собаки и Опоссума; фратрия Черепахи — тоже четыре: Малой черепахи, Болотной черепахи, Большой черепахи и Жёлтого угря. А фратрия Индюка — три: Индюка, Журавля и Цыплёнка…
Когда Егору становилось страшно, ему казалось, что он принадлежал фратрии желтого Цыпленка, а когда нечаянно был решителен и смел — из фратрии Опоссума. Правда, страшно Егору было всегда, и лишь когда он не успевал испугаться, возможно, был храбр. Свою конфессиональную принадлежность к христианам, Егор объяснял тоже просто — в XVIII веке часть Могикан была обращена в христианство, и стала принадлежать к племени Делаваров.
В настоящее время потомки обоих племён в незначительном количестве проживали в штате Коннектикут. В основном метисы, как и Егор, правда, Егор был метисом другой расы, и предпочитал называться — гибридом. Потому он просто хотел думать, что может быть, когда-то, в другой жизни, он и правда был индейцем этого исчезнувшего племени — последним из рода Могикан.
