Егор, отползши в сторону, поднялся с асфальта, поднялся в рост, пристально вгляделся в «моргающие» различным барахлом окна.
— Ну что? Кто ты, кто наблюдает за нами? — Егор сосредоточено всматривался в проемы окон. Кто-то же должен наблюдать за фугасом. — Эй, подрывник!.. Где ты?.. Мина обнаружилась, а ты молчишь? — Не последовавший в момент обнаружения фугаса взрыв очень настораживал Егора, чувствовался подвох, Егор думал: «Зачем нам давать возможность обезвреживать фугас, когда можно было при обнаружении, убить хотя бы одного из саперов? Конечно… саперы, тоже не дураки! Теперь обнаружив закладку, они не вскидывают сразу руку кверху, что требует предписанная какими-то «умниками» инструкция и является знаком того, что смертоносная ловушка обнаружена. Они делают вид, что ничего не заметили, будто их ничего не насторожило и, хладнокровно, спокойно, без резких движений пытаются удалиться хотя бы на пару метров…. пару метров! Пару шагов! Один… Два… Три… Четыре шага — это уже крохотная надежда на спасение от смерти… Но только если все делать спокойно! Правда, какое уж тут спокойствие, когда ты стоишь рядом с миной, которая разнесёт всё, к чертям собачим! Не оставив и мокрого места!.. Но здесь… главное — переиграть врага, — перехитрить! Враг ждет групповую цель… бронетранспортер, в конце концов. Одного человека ему мало; он кровожаден, и хочет больших денег за наши жизни!»
Егор стоял посреди асфальта и старался заметить хоть что-нибудь подозрительное, что-нибудь, что выдало бы наблюдателя. Стоял дерзко и нагло, всем своим существом выказывая пренебрежение к опасности, свое равнодушие к фугасу, и свою открытость для наблюдателя, лишь бы он проявился…
— Провода! — услышал Егор голос рядового Гузенко.
— Реж! — буркнул Егор себе под нос. Но Гузенко его не слышал.
— Готово, — послышался голос сапера.
— Молодец! — беззвучно похвалил его Егор.
Егор осторожно выбрался с дороги.
В стороне от головного БТРа сапер Никулушкин готовил накладной заряд, для электрического способа взрывания. Уже примотывал его синей изолентой к срубленному накануне пятиметровому шесту из орешника. В виду быстрого распространения применения радиоуправляемых фугасов, проводная линия управления, считалась приманкой и могла быть ложной, хотя и не всегда, а накладной заряд на шесте в определенной степени исключал сближение сапера с взрывоопасным предметом.
Аккуратно потянув обрезанный в нескольких метрах от фугаса конец провода, что тянулся в сторону дома, саперы двинулись за ним. Осторожно Гузенко тянул провод. Стеклов и еще один боец, медленно двигались за ним следом, изготовившись открыть огонь по внезапно проявившемуся противнику. Двужильный провод, вырываясь из земли, поднимал за собой горстки земляного покрова и всяческий бытовой мусор, которым он был замаскирован. Размашистым движением вытянутый провод сапер сматывал в бухту, медленно приближаясь к зданию. Как в старой доброй сказке провод привел саперов к небольшому окошку цокольного этажа, но, накинутый петлею на торчащий из блочной бетонной плиты армированный прутик ушёл в сквозное пулевое отверстие, в квартиру. Прижавшись спинами к стене, Стеклов жестами указал второму бойцу дальнейшие действия, после чего они осторожно, друг за другом, вошел внутрь дома. Квартира оказалась пустой.
Когда накладной заряд был изготовлен, Никулушкин с шестом медленно пополз навстречу обнаруженному взрывному устройству. Только тогда, когда он выполз на расстояние длины шеста, он стал натаскивать накладной заряд на фугас, перебирая в руках упругое древко… Накладной заряд был доставлен. Оставив шест, сапер также медленно выполз из зоны поражения. Все это время, пока беззащитный сапер лежал на проезжей части рядом с воронкой, его прикрывала группа прикрытия.
Саперы укрылись в подъезде дома.
— Работаем, — объявил Егор по радиостанции. Гузенко сидел на коленях перед Егором. — «Огонь» — на счет — «раз». Готов?
Гузенко зажал клеммами подрывной машинки оголенные концы проводов:
— Готов!
— Три, — начал отсчет Егор.
Гузенко еще раз осмотрел подрывную машинку ПМ-4, закопошился, сжался, принимая удобное положение.
— Два, — произнес Егор, глядя из-за укрытия на дорогу, на воронку, из которой торчал шест.
Гузенко повернул переключатель.
— Раз!
Сапер коротко ударил по пятаку толкателя подрывной машинки, после которого прозвучал взрыв.
Небольшое облако пыли скрыло место предполагаемого фугаса. В разные стороны полетели камни и гравий, и длинный неуклюжий шест, который неловко изогнувшись, отскочил от воронки и упал метрах в двадцати, в стороне.
— Что-то маленький взрыв! — сказал Егор.
Гузенко промолчал.
— Как будто бы экивалентен только нашему накладному заряду? Не пойму, ошибочка, что ли, вышла: нет фугаса? Но я же видел?! Или снаряд не сдетанировал, а?! — Егор вопросительно посмотрел на Гузенко.
Гузенко пожал плечами.
— Ладно, десять минут ждем… Затем досмотр…
В нарушение требований, Егор с Гузенко подошли к воронке вдвоем.
— Артиллерийский, что ли? — спросил Гузенко у лейтенанта.
