– Ещë немного, – пробубнил он, обнимая меня и притягивая к себе. – Дай подремать хоть в выходной.
Я вздохнула и обняла его в ответ.
– Мы же не можем пролежать так весь день?
– Можем, – уверенно заявил Каиль менее сонным голосом.
Я ткнула его в бок. Каиль зашипел. Ворча, он сел на софе и натянул через голову кофту с длинным рукавом, потом надел вчерашние штаны и повернулся ко мне, ожидая, когда и я оденусь. Я только натянула одеяло до носа и попросила его отвернуться. На просьбу получила скривившуюся рожицу. Так мы играли в гляделки, пока Каиль со вздохом не отвернулся, а я сумела быстренько переодеться в дневное.
– А ночью тебя не смущало переодеваться передо мной, – обиженно выдал Каиль, повязывая новую повязку на глаз.
– Я думала, ты спишь, – ответила краснея.
Юноша улыбнулся и назвал меня милашкой.
Мы вместе спустились на первый этаж и прошли в кухню. Там Каиль нашëл несколько кусков мясного пирога и поставил на огонь чайник. Юноша не раскладывал еду по тарелкам, а поставил пирог прямо на блюде между нами. Мы сели на разные стороны угла и ели руками.
– Дикие зверьки, – окрестила нас Маргарет.
Она заглянула в кухню буквально на несколько секунд. Чмокнула сына в макушку и пожелала нам приятного аппетита, а после извинилась, что они с мужем убегают на выставку. Женщина убежала, простучав по полу острыми каблучками, но вскоре вернулась и положила передо мной ажурный палантин нежного шоколадного оттенка.
– Купила его по скидке, – призналась Маргарет. – Но носить не с чем, зато как подходит к твоим волосам. Забирай себе, детка.
– Я не могу.
– Конечно, можешь! А если не заберëшь, мне придëтся его выкинуть. Этот палантин мне совсем не подходит. Ну, я побежала. Хорошо вам добраться и лëгкой учëбы!
Маргарет вновь чмокнула Каиля, теперь в щеку, а потом и меня. От удивления я замерла, а она уже упорхнула вслед за мужем. Каиль с трудом сдерживал смех. Я растерянно посмотрела на него.
– Забирай шарфик, – подбодрил Каиль. – Мама его правда выбросит.
Я с сомнением смотрела на палантин, а Каиль встал со своего места и накинул подарок мне на плечи.
– Тебе, правда, идëт, – шепнул он, не убирая рук с моих плеч.
Я слегка отклонилась назад, касаясь головой его торса.
– О, проснулись всë же! – услышала я голос Калеба и села ровной стрункой. – Как вчера прошло?
– Хреново, если ты про Пешку, – поделился Каиль, возвращаясь на свой табурет.
– Не удалось пообщаться?
– Удалось, – отозвалась я.
– А что ж тогда? – не понял мужчина.
Янина совсем не хотела общаться со мной, но я всë ещë надеялась, что она запомнила, как связаться со мной. Мне было грустно оттого, что не додумалась написать об этом на бумаге и передать подруге. Но я и не была уверена, что Янина оставила бы лист себе, а не выбросила по пути. Возможно, она даже не приняла бы его.
– Не надо сейчас, – тихо обращался Каиль к брату и перекрестил ладони, показывая, что пора сворачивать разговор.
Калеб намëк понял и принял. Я благодарно закрыла глаза и положила руки на стол. Каиль накрыл мои кисти своими и легонько сжал. Мы недолго посидели в тишине.
– Ураган вернулся! – откуда-то из дома послышался голос Калеба.
Каиль непристойно выругался, чем привлëк моë внимание, заставив выйти из задумчивости. Я вопросительно взглянула на него. Каиль не успел ответить. Я услышала, как распахнулась входная дверь, а по полу быстро, почти яростно простучали каблуки, но они не принадлежали Маргарет.
– Уйди с дороги, – прошипела Агата где-то в коридоре, а потом быстро поднялась по ступеням.
– И тебе доброго дня, – отозвался Калеб устало.
– Сваливаем, срочно, – прошептал Каиль и поманил меня за собой.
– Моя сумка наверху.
– Калеб, отправишь потом еë сумку посылкой?
– Не вопрос.
– Нет, она мне нужна, – запротестовала я.
– А вот и нет. Обойдëшься пару дней, – уверенно сообщил Каиль и потянул меня к выходу.
– Каиль? Ты дома?.
Юноша открыл входную дверь в то же мгновенье, что сверху послышался голос. Мы сбежали.
И только спустя около часа я сумела доконать парня вопросами о том, с чего вдруг он так боится свою сестру.
– Агата невыносима, – признался Каиль морщась. – Ты никогда не жила с ней под одной крышей. Потому и не понимаешь.
– О, зато знаешь ли ты, какого это делить комнату с кем-то ещë?
– Алиса куда лучше.
– Я не про неë. Жизнь в приюте – это вовсе не праздник. Если есть что-то, что тебе дорого, оно всегда должно быть с тобой. Даже ночью, иначе с вещью можно попрощаться. Навсегда.
– Ну, ладно, Стрекоза. Представь, что сколько бы тебе ни было лет, с тобой общаются так, словно какаешься в пелëнки, а ешь, размазывая пюре себе по лицу? Что если, даже когда ты смотришь на свою сестру, достигнув одного с ней роста, она продолжает смотреть на тебя сверху вниз? Когда постоянно поучают, даже как одеваться правильно велят?
– Проходили.
Юноша скрежетнул зубами. Я скрестила руки на груди.
– Знаешь, что, скажи лучше, хочешь ещë куда-нибудь сходить?
– Каиль! Не пытайся сменить тему.
– А то что? – его губы растянулись в улыбке.
