– Так отец успокоил Агату. Сообщил, что она правильно сделала, что рассталась с Лукасом, потому что могла родить от него обычного человека. И пережила бы собственного ребëнка. И мужа в придачу. Он еë старше на пятнадцать лет! Ну, допустим, что вместо обычного человеческого срока Лукас проживëт лет сто пятьдесят? Допустим. Агата скорее всего доживëт до двухсот. Даже если бы они были ровесниками, то ему умирать раньше.
– Знаешь, этого ведь заранее не угадаешь? – медленно проговорила Алиса. – Вон люди на ровесниках женятся, а потом тоже могут остаться вдовцом или вдовой. И намного раньше старости.
– Я знаю, – грустно согласился Каиль. – Мама тогда тоже хотела вмешаться, что не видит ничего плохого в подобных браках. Зато Агату было не остановить! Она живо встала на сторону отца и сообщила, что полностью с ним согласна, а Лукас в прошлом.
– И что же с ней потом приключилось?
– Что и всегда, – Каиль по-доброму рассмеялся. – Ты же знаешь, они постоянно то ссорятся, то мирятся. Только на меня милость не распространяется. Мама сказала Агате, что Стрекоза у нас гостила как-то. Я точно не знал подробности потому случайно проговорился.
– О чëм?
– Оказывается, Агата думала, что она просто днëм на чаëк заходила, – Каиль вновь понизил голос. – Я дал ей понять, что Дафна у нас ночевала.
– Она у вас ночевала? – Алиса перешла на визг, а я от неожиданности подпрыгнула.
– Не перебивай, – осадил Каиль.
– Хорошо, хорошо.
– Алис.
– Молчу, – нетерпеливо проныла подруга.
– В общем, Агата разозлилась и сообщила, что я порчу девушке жизнь. И что б еë не трогал, потому что мне всë равно придëтся после академии уехать в монастырь Роана.
– О, к драконам? Да, я слышала, что они собирают вокруг себя мальчишек из разных знатных семей. Но ведь твоя лишь в дальнем родстве с Восьмым? Почему ты?
– Потому что я потомок Роана, – голос Каиля звучал ни то с вопросительной, ни то с утвердительной интонацией.
Алиса ойкнула и извинилась.
– Точно, – прошептала она. – Я помню, ты говорил. Это по маминой линии?
– Ага, – подтвердил Каиль, что его мать была рождена прямыми потомками первого из чëрных драконов. – В монастыре всë строго. Людям туда путь закрыт. И если какая девушка оказывается на острове, то только в качестве чьей-то жены.
– Не, для такого вы с Дафной ещë не доросли.
– Думаешь? – он усмехнулся. – Ну, как скажешь. В общем. Я подумал обо всëм этом и решил, что правильно всë. Надо прекращать общение с Дафной. И когда второй раз приехал к Эве, то тоже сообщил, что на помолвку несогласен. С ней я свою жизнь связывать точно не хочу.
– Согласна, но я про Эву.
Они замолчали. Я слышала, как кто-то громко пьëт и подозревала, что это Алиса. Каиль хмыкнул. Он вновь сказал что-то слишком тихо, чтобы я расслышала.
– Понятия не имею. Она уехала за неделю до каникул, а куда не сказала.
Я поняла, что Алиса говорила обо мне. Я сидела тихо-тихо, боясь шевельнуться. Ребята молчали, занятые едой.
– Ты не погорячился? До монастыря целый год, если я правильно понимаю.
– Нет, – уверенно ответил Каиль. – Я отправлюсь туда в середине года. Меня хотели забрать ещë раньше. Мать выторговалась. Надо было это видеть, – он засмеялся, но в подробности не вдался.
– Всë равно, – пробурчала Алиса и добавила что-то ещë.
– Может и так, – вяло отозвался Каиль. – Но не думаю, что она бы согласилась быть со мной ещë полгода, чтобы потом разойтись навсегда.
Хотелось просто сползти по стене.
Я видела, как Алиса покинула таверну. Она попрощалась с Каилем и ушла. Он сидел. И я не смела шевельнуться, пока он наконец не уйдëт. По-хорошему стоило подождать после ещë какое-то время, чтобы точно не заметил.
Я не понимала, что же только что произошло? Что это было? Он говорил, будто любит меня, но всë лишь на полгода. Это как?
Люди заходили и выходили. Я сидела. Ждала. Руки предательски дрожали. Чем дольше оставалась на месте, тем больше хотелось подняться и посмотреть на него. Я прижала ладони к солнечному сплетению. Словно это могло удержать на месте. За перегородкой скрипнул отодвигаемый стул. С другой стороны, я прижималась к ней спиной. Внимательно смотрела.
Каиль неспешно поднялся и пошëл к выходу. Он был одет легко, в светлую рубашку с коротким рукавом и такого же цвета брюки. Некоторые пряди заплетены в тонкие косички, и все волосы собраны под затылком в пушистый хвост. Казалось, юноша засыпал на ходу. Его плечи опущены, походка выглядела угрюмой. Он толкнул входную дверь ладонью и вышел под садящееся солнце, опустив голову.
Я не увидела его лица и очень об этом жалела. Мне вдруг захотелось догнать Каиля и сказать, что я согласна и на полгода, только бы он перестал сторониться меня при других. Если признает, что любит меня и готов этого не скрывать.
