Довольно любопытно, что ей не пришлось уточнять, какой именно из братьев заходил, – Вэйшенг и так все понял.
– Всем.
– Это не так. Клан воспринял твое возвращение как радостное событие. Ты – отсюда. Ты здесь выросла. В других кланах принято брать жен со стороны, их никто не знает. К тебе же все относятся хорошо и уверены, что ты будешь доброй госпожой, которая не станет их обижать или вымещать на них злобу.
– Да ты же врешь, – усмехнулась Сяо Тун. Молодой человек отрицательно покачал головой:
– Ты сама видела их. Никто из клана не проявлял к тебе нетерпимости. Они обижены, что ты попыталась оставить их. Но они всё еще любят тебя. Я же видел. Твой побег расстроит их.
Сяо Тун тоже покачала головой, сделав вид, что не поверила. Хотя это мог быть план: воззвать к ее совести, заставить чувствовать себя неловко из-за чужих обманутых надежд. Это работало, но девушка понимала, что Фа Хангу и Лин Ху она нужнее.
Старый толстый слуга прошел по коридору, стараясь топать как можно громче, остановился у двери, но открывать не стал. Джинхэй Вэйшенгу пришлось подняться со своего места. Пока он шел, Сяо Тун быстро осмотрелась: окна были закрыты, потому что снаружи холодно. Стены тонкие, но она в самом центре резиденции, отсюда еще надо выбраться. Значит, надо подождать, когда всем станет не до нее.
– Что случилось?
– Вы просили сообщить, – негромко предупредил слуга. Когда наследник обернулся на невесту, она улыбалась.
– Готовы угощения, которые будут поданы на свадьбе. – Он открыл дверь. – Не обольщайся.
– Конечно, ведь матушка не могла с этим разобраться без тебя, не отвлекая от долгожданного времени наедине с невестой, которая должна была стать твоей еще три года назад.
– Ты ошибаешься. Я не собирался касаться тебя. Просто провести время вместе. – Наследник уже собирался уходить. Сяо Тун помахала ему вслед:
– Конечно.
Стоило Вэйшенгу закрыть за собой дверь, вокруг снова появился барьер. Только в этот раз ее заперли в главном зале, а не в своей комнате. Сяо Тун прекрасно поняла, куда он ушел. Многое изменилось, три года прошло, но вряд ли наследник в эти три года не тренировался. Ее друзья победили бы его раньше, но сейчас кто знает, кто выйдет победителем из этой схватки.
Лин Ху сидел ровно, грел ладони о маленькую пиалу с чаем, в которую постоянно подливал Фа Ханг. Рядом с ними располагалась небольшая переносная глиняная печка, на которой стоял чайник на углях.
– Как можно вообще обижать девушек? Я не понимаю. Конечно, некоторые люди отвратительны, но девушки? Они же словно пришли в этот мир для того, чтобы ими любовались только. Убить такую – все равно что храм сжечь, – продолжал негромко Фа Ханг.
Они сидели в небогатой чайной на четыре столика. Тут было довольно пыльно, посуда недорогая, но тепло, и они оставались на виду, что и было нужно. А вот Фа Ханг, без умолку говорящий о том, что недавно произошло, – не нужно. Лин Ху все еще надеялся, что случившееся в городе с ними не свяжут. И все еще молчал, так что не мог Фа Ханга ни отвлечь, ни перебить. Пиала Фа Ханга стояла пустая, он ни разу в нее чаю не налил, зато исправно заваривал для Лин Ху. Со стороны их можно было принять за богатого господина с охранником.
– Я знаю, что ты очень далек от этой темы, и тебе, наверное, непонятно. Но, Лин Ху, это ненормально. Тебе даже крестьяне скажут, что это ненормально. Они были бы в ужасе, если бы я рассказал, что там видел. Даже они бы убили его, будь у них на это сила.
Лин Ху не сдержался и пнул Фа Ханга, а тот ойкнул и наконец замолчал под пристальным взглядом друга.
– Это мучает меня, – признался он, положив голову на стол. – Я не хотел причинять им боли. По-настоящему просветленный человек бы сдержался. Он забрал бы у них тело и похоронил с почестями, но не стал бы множить смерть и ужас.
Лин Ху продолжал пить чай, но на собеседника уже не смотрел. Он прислушивался. Вокруг как-то очень быстро становилось пусто, но не от слов Фа Ханга. Посетители чайной быстро расплачивались и уходили, оставляя недоеденную еду.
– Зачем мне быть небожителем? – продолжал Фа Ханг. – Я дал волю своей ненависти, и теперь мне хочется применять ее снова и снова… особенно как подумаю, что наша близкая подруга, почти что сестра, в плену у заклинателя!
Когда Фа Ханг поднял голову, он осознал, что в чайной никого нет. Даже хозяев. Он хотел спросить о чем-то Лин Ху, даже рот открыл, но услышал сверху свистящий звук и вскочил на ноги.
