– Но ты все еще собственность клана. И купили тебя не за деньги. Я не знаю, как ты сможешь вернуть убийство чудовища, которое напало на твою деревню. Смирись, правила таковы.
Сяо Тун медленно встала из-за стола. Вэйшенг не собирался начинать семейную жизнь с драки. Ему очень нравилось, что для начала они спокойно поговорили. И он выскользнул из комнаты, прикрыв дверь. Сяо Тун попыталась его догнать, потому что считала, что не договорила и ее очень плохо поняли. Она отодвинула дверь и бросилась вперед, но больно ударилась носом о барьер, даже вскрикнула, скорее, от обиды. Заклинательница осмотрелась: барьер был везде. Возможно, Джинхэй Вэйшенгу даже не обязательно было с ней разговаривать. Он за это время незаметно поставил его. Меч и копье остались в том доме, из которого ее похитили. Здесь – только шпильки в волосах и предметы обихода, но этого было мало, чтобы попытаться разрушить барьер. Сяо Тун почувствовала злость. Она заклинатель, прошла две школы, победила столько чудовищ, а ее заперли, как ребенка. Хорошо, так и быть, пусть свадьба, пусть что угодно, но стоит только всем отвлечься – а в клане заклинателей всегда есть работа, кроме как присматривать за пленными, – и она сбежит!
Так как магию никто не запечатывал, Сяо Тун размахнулась и со всей силы ударила в барьер. Джинхэй Вэйшенг, который в это время разговаривал с матерью, замолчал и прижал ладонь к груди, перед этим издав звук, будто подавился.
– Всё в порядке?
Он молча кивнул. Постепенно дыхание восстановилось, и ему стало лучше, но голос все же слегка сел.
Сяо Тун не знала, что произошло после ее похищения. Она понимала, что у хозяйки дома, в котором они гостили, были планы на всех троих. И это беспокоило.
Барьер покрывал только комнату. Высунуть руку в окно – невозможно. Еды тоже никто не приносил, свечей не было. Девушке хотелось переодеться, но другой одежды тоже не нашлось. Сяо Тун только вытащила заколки и завязала волосы в простой хвост. Ей хотелось выглядеть как можно хуже, чтобы ее наконец оставили в покое. Тошнило от того, как ее нарядили и с каким восторгом смотрел на это Джинхэй Вэйшенг.
Конечно, она его любила. Она росла с мыслью, что это ее будущий муж. Это было само собой разумеющимся. Весь путь был предопределен, и даже то, что ей нельзя покидать клан, она понимала. У Джинхэй Вэйшенга почти не было недостатков. Многие девушки в клане и за его пределами были в него влюблены, и это тоже казалось само собой разумеющимся. Но сейчас Сяо Тун было очень стыдно и обидно за эти чувства. Даже время вне клана не помогло избавиться от них.
Стемнело. Сяо Тун казалось, что она срослась с комнатой, превратившись в груду тряпок в углу. Но эта мысль почему-то приносила успокоение. Где-то в доме слышались голоса, шаги, но незнакомые. Но затем какие-то из них приблизились к ее комнате и затихли у двери. Кто-то стоял там, не решаясь войти. Сяо Тун ждала, повернув голову к двери. Она резко отодвинулась, и Джинхэй Ниазу тоже врезался носом в барьер, зашипел и отошел на шаг. Девушка рассмеялась. Сейчас она была даже рада, что вокруг барьер.
– Стерва, – бросил Джинхэй Ниазу.
– Что ты собирался сделать? Ты думаешь, я кто? Я сломала бы тебе руки, прежде чем ты успел бы меня коснуться.
– После всего, что ты натворила, с тобой слишком бережно обращаются. Я никогда не смогу тебя признать.
– Но именно ты вернул меня в клан.
– Нужно совсем потерять разум, чтобы после всего начать готовиться к свадьбе. Словно ничего не произошло.
– Да, – подтвердила девушка и поднялась, подошла к барьеру ближе. – Твой старший брат совсем обезумел. У тебя два выхода: либо убить меня, либо помочь мне бежать.
– Я убью тебя, – тут же решил Джинхэй Ниазу, и Сяо Тун улыбнулась ему, хотя и не была уверена, что он увидит в темноте ее улыбку.
– Так забавно, что от своих же действий в первую очередь страдаешь ты сам. Убивать надо было там же, а сюда привозить только труп.
– О, ты была бы рада так легко отделаться! Было очень приятно посмотреть на твое лицо, когда пришла мать и когда раскрылась твоя ложь… Я думал, что он гоняется лишь за образом и стоит показать ему, что ты не такая, как он забудет.
– И можно будет оставить меня себе, – кивнула девушка.
– Нет. Я не надеялся. Он бы взял тебя наложницей, но никак не главной женой. Если бы я хотел чего-то другого, то на это было время в пути.
Действительно, за эти дни Сяо Тун не трогали и даже из мешка не доставали. Джинхэй Ниазу мог вообще не привозить ее в клан, оставить где-то за его пределами. Видимо, он говорил правду и преследовал какую-то более сложную цель.
Сяо Тун от этого стало легче, она шепотом заговорила:
– Значит, у тебя ничего не получилось. Я не нужна тебе тут, внутри клана. Помоги мне уйти. Второй раз он не будет позориться и искать.
– На что ты готова ради этой помощи? Даже себя отдашь?
– Да, – согласилась она. Брезгливость вернулась, но все же эта мысль не пугала ее. Возможно, потому, что девушка слабо представляла себе последствия.
