Сяо Тун и Лин Ху посмеялись, и Фа Ханг немного успокоился. Тем временем каменная коса стала скользкой от крови, и перед следующей охотой ее пришлось сушить. Наутро откроется поистине жуткая картина, хотя убито было всего двое монстров.
Третьего пришлось ждать. Первые двое вцепились в добычу сразу, но на следующей «рыбалке» заклинатели долго, до первых лучей рассвета, сидели на берегу, ожидая добычу. И когда копье с веревкой наконец потянуло в воду, все сразу проснулись и бросились вытаскивать все вместе. Это было даже весело. Впрочем, не каждое испытание обязано быть жутким и подобным войне. Тем более на первом этапе.
Самым сложным оказался пятый монстр. Заклинатели собрались, поговорили и решили, что все видели там только пятерых угрей, значит, остался последний. Вот только… он наелся. Они сбрасывали в воду куски, чтобы их съедала огромная рыба, но, само собой, еда доставалась и остальным. Чем дальше, тем неохотнее чудовища реагировали на их приманки. Один из заклинателей резонно предложил:
– Раз они не трогают мертвую приманку, то и нас не тронут. Давайте просто пройдем. Эти гиганты больше не представляют опасности.
Лин Ху обернулся поискать глазами команду Чжао Джу, столкнулся взглядом с Юань Лан. Она улыбнулась ему и кивнула, словно намекая, что теперь в глубине безопасно.
Заклинатели один за другим снова стали уходить под воду. Рыбы были на месте – одна крупная плоская и ее небольшая юркая помощница. Но ни та ни другая за людьми не погнались. На всякий случай к ним и не приближались, все были наготове, но рыбы больше не представляли угрозы.
Заклинатели оказались перед входом. Его можно было узнать по вырезанному круговому рисунку в камне и плоской поверхности скалы, по контрасту с остальными участками. Некоторые протолкнулись вперед, к рисунку, начали что-то жестами обсуждать, пока у остальных кончался воздух. Они выглядели как собравшиеся в саду философы, решающие сложный вопрос мироздания. Лин Ху подплыл ближе, чтобы посмотреть, и немного удивился. Он быстро понял, в чем дело, обернулся на свою команду – воздуха им еще хватало. Лин Ху тоже сделал серьезное лицо, загородив задачу от остальных.
Не самый честный поступок. Задача была детской, особенно для заклинателей, которых этому обучали. Вот вам четыре стороны света, на трех подписаны звери-защитники: тигр, феникс, дракон. Впишите четвертого. Четвертой была черепаха. Но заклинатели тянули время. Постепенно те, у кого запас воздуха был поменьше, стали подниматься. И когда у знака осталось человек пятнадцать, а Сяо Тун и Фа Ханг, да и сам Лин Ху, были на пределе, иероглифы Черепахи все-таки вписали заклинанием. И проход открылся.
Настолько резко, что образовалась воронка и всех туда просто засосало. Лин Ху успел подумать, что это наказание за недостойную хитрость и без возможности вдохнуть и при потраченном воздухе они просто утонут в этом потоке. А остальные глотнут еще воздуха и спокойно заплывут в открытый проход.
Но его очень быстро вынесло на берег внутри пещеры. Лин Ху сначала подумал, что вокруг бело из-за воды, попавшей в глаза, но, протерев их, понял: в пещере был туман. Похоже, начиналось промежуточное испытание. И их снова раздробили – Лин Ху был один. Он отдышался, на ноги вставать не спешил: кто знает, какого типа этот туман. Может, он ядовит. Лин Ху позвал друзей по тем именам, по которым они договорились перекликаться: Второй сын, Шестая дочь и Восьмой сын (по числу детей в семье, как можно было догадаться). Спустя некоторое время послышался голос Сяо Тун:
– Что мы ели на завтрак перед испытаниями?
– Вареные яйца, – ответил Лин Ху.
– Иду, – отозвалась Сяо Тун, и послышались шаги. Девушка застала его распластавшимся на земле и удивленно поинтересовалась: – Ты чего?
– Этот туман может быть непростым, – нахмурился Лин Ху, который хотел спросить ее о том же. Сяо Тун показательно вдохнула и развела руками. Ничего с ней не случилось. Лин Ху раздраженно поднялся, отряхнувшись. Туман почти ничем не пах, кроме сырости. Больше ничего слышно не было. И никого не видно. Это странно. Наверняка остальные тоже звали своих.
А потом раздался крик. Словно кто-то был очень сильно ранен или расстроен. Сяо Тун и Лин Ху поспешили на звук, пытаясь уговорить себя, что голос им незнаком. Но увы. Фа Ханг уже кричал так, когда убили его учителя.
