Дометриан не стал с ней спорить. Хралиты любые сновидения считали пророческими. А ведь он не посылал Кассии гонца, чтобы известить ее о том, что хочет встретиться с ней. Он просто прибыл к пограничному пригорку, и она уже ждала его с парой десятков человек. Она сказала, что, как и всегда, сон подсказал его появление.
***
Пригревало солнце и шумели деревья вокруг, потряхивая густой листвой, но приятнее всего было ощущать дыхание сухого ветра на лице. Даже запахи здесь были другие — нежные смешанные ароматы трав и цветов, а не та грязь и пыль, что вдыхали они прежде. Драгон и Марк ехали бок о бок, болтая. C каждым днем росло их беспокойство. Они уже проехали почти всю Яриму и находились близко к Соколиному полуострову.
Ярима, второе по площади княжество и наиболее богатое из всех, была действительно огромной. Ее уютные деревеньки славились своей живописностью, а густые леса не имели конца и края. Ярима охватывала часть Долины Ант
В Ферополе, столице, было всегда шумно и интересно. Его даже называли братом Велиграда. Ферополь был куда меньше, но все же выдерживал сравнение с роскошью, которой славился «самый великий город из всех». Ферополем и всей Яримой правил Витольд фон Андро, боярин, настоящий купец и политический воротила. Под его рукой Ярима расцветала, дружба с Лутарией крепчала, а люди становились счастливее. Но только те, кто имел приличную сумму церкулей в кармане.
Что до младшего народа, то его здесь совсем не было. Именно в Ферополе была основана Церковь Трех Восходов. Керникам надо было вести себя здесь осторожно.
— Ситуация, видишь, какая двоякая, — рассказывал Драгон Марку в те долгие часы, когда они ехали верхом. — Нас обучали, чтобы защищать маарну, а теперь некоторые из нас бросили наше истинное ремесло и стали наемными убийцами.
— И что будет дальше?
— Мы умрем, — пожал плечами Драгон. — Вместе со всем миром, который пытаемся сохранить. В Кривом Роге лет триста назад Стражами раз в год становилось около дюжины учеников. Когда я еще был юнцом, со мной вместе вышло всего пятеро. А когда пришло твое время, к последним обрядам готовились кроме тебя два человека. Один обряды не пережил. Мы вымираем, как маарну. Самое печальное, что это неизбежно.
— Но есть выход — наемная работа. И никто не славится таким мастерством, как керники.
— Наше мастерство призвано заботиться о мире, чужом и непонятном для людей. А не убивать за горсть серебряных церкулей, — ответил Драгон. — Зачем проходить все эти таинства, изучать все секреты, выплевывать свои внутренние органы на испытаниях, рисковать жизнью в Обрядах Стихий, если можно просто научиться махать мечом? Это все, что нужно для убийства. А мы — специалисты по чудовищам, по младшему народу и даже по простым людям с любыми отклонениями магического характера… Как мы можем быть специалистами по тому, что скоро уже исчезнет, и мы не потребуемся больше? Вот поэтому, мой дорогой друг, наше ремесло скоро умрет вместе со всем тем удивительным и волшебным, что населяло мир раньше.
— Останутся тогда боевые секреты, — возразил Марк.
— Марк, я ведь говорю, они не годятся для того, чтобы знающие их стали убийцами.
— Если все так плохо, почему ты стал керником?
— Потому что я с детства любил опасности.
— Я все же надеюсь, что когда-нибудь мир изменится, — сказал Марк. — Хотя опасности, это да… Притягивают сильнее прочего.
Они ехали по тракту, и вдалеке громоздились друг на друга тучи. Там находился Соколиный полуостров.
— Погодка скоро станет дрянью, — заметил Драгон, глядя на вид впереди.
— Лета не обрадуется, когда мы ее отыщем, — произнес со вздохом Марк.
— Мне все равно, как она отреагирует. Если будет нужно, я просто свяжу ей руки и ноги, посажу на лошадь и увезу.
Дальше они ехали молча. Солнце скрывалось периодически за облаками, опускалось все ниже. Когда оно снова выглянуло из-за облачной пелены, его заходящие лучи били в лицо. Марк глянул мельком Драгона. Его строгое лицо выражало спокойствие, но Марк достаточно знал его, чтобы понять по резким движением и поворотам головы тревогу. Он чувствовал ответственность за Лету.
Драгон был неплохим человеком. Хорошим другом. Мудрым советчиком. Лучшим из воинов Стражей Маарну. И, как и все, он ошибался. Причем его ошибки приводили к самым невероятным результатам.
Царя илиаров и Драгона связывала по-настоящему крепкая дружба. Стражи никогда не должны были делать то, за что им не заплатят. Драгон забыл об этом, когда однажды спас жизнь китривирийскому царю. Он пошел за Дометрианом, став его доверенным лицом и советником. Вместе они участвовали в сражениях на Великой Земле во время Медной войны. Тогда-то Драгон и встретил Марилюр.