— С какой целью? — ощетинился Архип, а потом резко выдохнул: — А, да черт с тобой. Делай что хочешь. Пока твои войска стоят в Бастионе, можешь пользоваться лабораторией.
— Ты нервный, Архип, — заметил Милован, цокнув языком. — Тяжело управляться с такими массивными бороздами?
— Не тяжелее, чем командовать одноклеточными, которых ты зовешь дружиной.
Милован прищурился, принимая вызов. Лета отвернулась, догадываясь, что дальше будет. Мужчины бывали иногда хуже женщин.
Они еще пару минут плевались ядом, лениво и привычно, как будто постоянно так делали. За это время Лета поняла, кем был этот человек, так похожий на Твердолика. Это был Архип Велоров, кузен князя и, как слышала девушка, успешный дипломат и завидный жених.
— Все? Ты закончил? — проговорил Милован.
— Кто она и зачем нужна тебе? — Архип снова указал на Лету. — Что ты будешь с ней делать?
— Ты узнаешь, если на то будет воля Его Светлости.
— Ах, ну да. Ты же верный служака своего государя. Идем, Есения. Оставим командующего Княжеской дружиной развлекаться.
— Постой. Посмотри на нее. Она же еще дитя, — произнесла княгиня.
— Все, что здесь происходит, экспериментально. И это требует жертв.
— Взгляни на нее. Она не могла сделать ничего дурного.
— Внешность обманчива, — заверил ее Архип. — После всего мы выжмем из этого только блага, милая.
— Освободи ее, Милован, — внезапно требовательным тоном сказала Есения.
Командующий ухмыльнулся и посмотрел на Лету.
— Расскажи, почему я должен отпустить тебя, — проговорил он. — Если ты найдешь вескую причину, которая удовлетворит меня, я это сделаю.
Она помедлила, не сводя с него горящих злобных глаз.
— У меня всего одна причина, — хрипло сказала она.
— И какая же?
— Зарезать тебя, как свинью на бойне.
Милован повернулся к Есении, разведя руками.
— Вот и весь ответ, моя княгиня, — хмыкнул он. — Внешность действительно обманчива.
— Я не закончила.
Все глаза обратились к ней. Лета задрала подбородок так высоко, насколько ей позволяла неудобная поза.
— Ты убил мою мать. И будешь наказан за это.
Повисло долгое молчание. Тишина была разрезана шершавым звуком, с которым Милован снял свои перчатки. Он подошел к Лете.
— Да? — протянул командующий. — Правда? Знаешь, что я еще с ней сделал?
Он приблизился к ней вплотную.
— Драгон уже этого не увидел, удирая с ее выродком за пазухой… Но я рассказал ему, когда ты бросила его умирать.
Лета попыталась возразить, но близость его изуродованного шрамом лица смутила ее. Его губы почти прикасались к ее.
— Я овладел ее все еще теплым трупом, — шепнул он, наслаждаясь своими словами. — И такая же участь ждет и тебя, когда я, наконец, закончу с тобой.
Он провел большим пальцем по ее щеке.
— Не сомневаюсь, что ты приятнее, чем она… Более нежная, молодая кожа, прекрасные глаза…
— Ты будешь гореть в аду.
— Я так не думаю, — усмехаясь, он обернулся. — Когда начнешь?
Вопрос был адресован старику в очках, и тот замотал головой, сбрасывая оцепенение.
— Надо дать ей отдохнуть, — пробормотал он. — С кровью лучше работать, когда испытуемый полон сил и энергии.
— Хорошо, — Милован убрал наконец руку с ее щеки и отошел.
В лице Есении читался немой ужас.
— Что ты сделал? Ты…
— Что? — отозвался Милован, понизив голос.
— Чудовище… — всхлипнув, сказала княгиня.
— Да ты даже не знаешь, кто она.
— Будь она кем-угодно, это не отменяет того факта, что ты бесчеловечный вымесок! — вскрикнула она.
— Архип, уведи ее.
На этот раз мужчина не возразил и обнял Есению за талию, потянув к дверям.
— Нет! — воспротивилась женщина.
— Не вмешивайся, — сказал Милован. — Я обещал не говорить об этом месте, но твои приключения все еще могут проскользнуть в мои донесения.
— Да как ты смеешь говорить так со своей княгиней!
— Уходи, пока не попалась на глаза Поладу. Твой отец не очень обрадуется, когда узнает обо всем.
Есения вдруг поникла, позволив Архипу увести себя. Дипломат еще раз пересекся взглядом с Милованом, прежде чем уйти, и в его глазах плескалась открытая неприязнь.
Командующий одел перчатки и подозвал двух дружинников, дежуривших в углу.
— В камеру ее, — Милован мотнул головой в сторону Леты. — Завтра, мой дорогой ученый ум, я приведу ее к тебе снова. А пока взгляни на это… Этот меч был у нее.
Старик и командующий подошли к столу, на котором лежал Анругвин. Лету отстегнули от ремней, приподняли над землей и потащили к выходу.
Она обернулась, хотела узнать, что с ее мечом, но двери залы уже закрылись за ней. Ее провели вниз по лестнице, держа на весу. Она не могла ступить на пол, лишь только задевая его изредка пятками. Миновав коридор, дружинники свернули в какой-то узкий проулок. Лета ничего не могла разглядеть в этой кромешной тьме. Даже коптящие стену факелы не особо помогали.
Потом они вдруг оказались в месте, еще более вонючем и сыром. В отсветах факела девушка увидела очертания решеток. Она уже не сопротивлялась, зная, что ей не вырваться. Послышался железный скрип, ее отпустили и втолкнули куда-то. Решетка захлопнулась. И вот она уже лежала на влажном каменном полу, вдыхая запахи плесени и мочи и слушая звук удалявшихся тяжелых шагов.