Я слабо улыбнулся — одни боги знают, какого усилия мне это стоило:
— Боги, ну неужели мне не дадут поесть…
— Тогда одевайся и пошли отсюда.
Одеться… я тоскливо посмотрел на кучу одежды рядом со мной. Рубашка, штаны, сапоги.. я сомневался, что смогу надеть хотя бы рубашку.
И тут я внезапно вспомнил, как утратил власть над своим телом — там, в пропасти, меня обдало жаром.
— Боги, — сумел я выговорить через несколько мгновений. — Я не могу пойти прямо так…
Финн вздохнул, сгреб одежду и начал одевать меня, словно я действительно был беспомощным ребенком.
— Ты слишком велик, чтобы я мог нести тебя на руках, — хмыкнул он, когда я, пошатываясь, поднялся на ноги. — Кроме того, это может запятнать твою репутацию: подумать только, Мухаар Кэриллон вусмерть напился где-то в закоулках дворца! Что только скажут слуги?
Я коротко и ясно объяснил ему, что я думаю о слугах, которые позволят себе чесать языки на мой счет. Говорил я на армейском жаргоне, и это заставило Финна улыбнуться. Потом он на мгновение взял меня за руку.
— Жа-хай-на. В этом нет ничего оскорбительного. Я повернулся к двери, пошатываясь, шагнул вперед и увидел — свет.
— Идем, господин мой Мухаар. Твоя жехаана и твоя рухолла здесь и ждут тебя.
— Ступеньки…
— Поднимайся. Шагай, — посоветовал он. — Если, конечно, ты предпочитаешь идти, а не лететь.
На миг — только на краткий миг — я подумал, смог бы я полететь, или нет.
Вздохнул, понимая, что не способен на это. И медленно начал подниматься вверх по лестнице.
Я разглядывал свое отражение в зеркале из полированного серебра, висевшем на стене. Мои волосы были подстрижены короче, чем обычно, и больше не спадали на плечи неровными прядями, так же аккуратно выглядела и борода. Впервые за все эти долгие годы у меня была возможность привести в порядок свою внешность, и сейчас я с трудом мог узнать себя.
— Больше не принц-наемник, — проговорил Финн.
В зеркале я видел и его тоже. Как и я, он был одет в парадную одежду, хотя она и была из кожи, не из бархата. Белая кожа — от этого его собственная казалась еще темнее. Золото: серьга, браслеты, пояс. И — кинжал с золотым гербовым львом. Хотя на свадебной церемонии никто, кроме Мухаара, не имел права быть при оружии, для Чэйсули было сделано исключение. С Финном, подумалось мне, и не могло быть по-другому: он был скорее варваром, чем придворным, скорее воином, чем гостем на свадьбе.
— А ты? — поинтересовался я, — Кто теперь ты? Он улыбнулся:
— Твой ленник, господин мой Мухаар. Я отвернулся от зеркала и нахмурился:
— Сколько времени осталось?
— Достаточно, — ответил он, — Кэриллон, перестань так нервничать. Ты думаешь, что она не придет?
— В Тронном Зале собрались сотни людей, — раздраженно ответил я. — Если Электра решит оскорбить меня, опоздав на церемонию, я ничем не смогу ей помешать. У меня и так скверное предчувствие… Боги… Я не должен был соглашаться на это…
Финн рассмеялся:
— Думай о ней, как о враге, а не просто как о невесте. В конце концов, так оно и есть. Как бы ты встретился с ней тогда?
Я фыркнул и поправил на голове золотой обруч:
— Я с большей радостью встретился бы с ней в постели, чем перед священником.
— Ты говорил, что хочешь мира между двумя государствами. С тех пор ты уже успел переменить решение?
Я вздохнул и положил руку на рукоять меча. Один взгляд напомнил мне о том, что сделал Тинстар: рубин был черным и по сию пору.
— Нет, — ответил я. — Это нужно сделать. Но я бы предпочел остаться свободным.
— А, — он поднял брови, — Теперь ты, наконец, увидел, что есть свой смысл в жизни холостяка. Будь ты на моем месте… — он не окончил фразы и пожал плечами. — Но ты не на моем месте. И у меня был выбор… — он снова пожал плечами. — Все будет в порядке.
— Кэриллон, — в дверях моей комнаты стояла Торри в платье цвета бронзы и жемчужном ожерелье, — Электра почти готова.
Я почувствовал что-то очень похожее на страх. Потом понял, что это и есть cтрах.
— О боги… что мне делать? Как я пройду через все это? — я посмотрел на Финна, — Я был глупцом…
— Ты им часто бываешь, — согласилась Торри, подходя ко мне, чтобы снять мою руку с меча. — Но теперь тебе придется доказать другим, особенно Электре, что ты не таков. Думаешь, она ничего не скажет, если ты явишься перед ней таким? — она поправила мой темно-зеленый камзол, разглаживая какую-то невидимую мне складку.
Я нетерпеливо сбросил ее руки:
— О боги, есть же еще и подарок! Чуть не забыл… — я прошел мимо нее к мраморному столу и открыл резной ларец слоновой кости. На бархате глубокого синего тона мерцало серебро. Я вынул из ларца пояс, украшенный жемчужными и сапфировыми подвесками. Серебряные звенья будут обвивать талию Электры очень низко, драгоценные подвески будут спускаться спереди на юбки…
— Кэриллон! — Торри смотрела на драгоценность восхищенными глазами. — Где ты нашел такое чудо?
