Отец Лазурий отметил про себя — несмотря на тяжелую ночь, Дар выглядит довольно бодро. Патриарху не терпелось узнать, что же произошло с драконом после того, как он покинул гостиницу. Ведь сваливать все на простое везение глупо, тут явно ощущается чья-то помощь. Но все расспросы отец Лазурий отложил на потом. Сейчас разговор пойдет совсем о другом. Патриарх уже понял — Коричневый Лорд знает, с какой целью Дар оказался на Арлиле.
— Господа, — взяла слово Найяр, — прежде чем мы приступим к обсуждению дальнейших планов, хочу обратиться к вам с просьбой. Я долго думала над одной деталью и пришла наконец-то к решению.
Мужчины переглянулись.
— У меня убедительная просьба ко всем вам, да и вообще — не называйте меня Коричневым Лордом. Договорились? Я понимаю — устои, сложившаяся традиция. Но вы о моих ощущениях подумайте. Приятно, что ли, когда к тебе обращаются «сэр»? Нет, конечно.
— И как же тебя называть? — полюбопытствовал Дар.
— Коричневой Леди. Так, по крайней мере, будет логичней, — Найяр обвела присутствующих вопросительным взглядом. — Что скажете?
— Вполне законная просьба, — согласился Заххар. — Я думаю, что это правильно.
Никто не возражал. Хотя все понимали, еще долгое время Найяр по привычке будут называть «Лордом». Искоренить в одночасье то, что закладывалось в умы сотни лет, сложно. Понимала это и сама Хранительница, но, тем не менее, она надеялась изменить стереотип.
«Да-а-а, Найяр… — протянул Меч. — Хоть бы со мной сперва посоветовалась. Я-то, грешным делом, решил, что это у тебя пьяная блажь была. А ты, оказывается, серьезно…»
«Серьезней не бывает, — тон Феликса несколько раздражал. — Или ты думал, что я так и буду отзываться на эту кличку? Отныне в системе Цейл я буду известна под именем Коричневой Леди Найяр».
Заседание в кабинете Заххара шло полным ходом. После утреннего разговора с Даром я попросила премьер-министра это организовать. То, что рассказал дракон, вызывало боль и в какой-то мере страх. Я знала о горе Матери Драконов, о том, что она ненавидит Коричневого Хранителя. Но тот факт, что она отправила на Арлил Дара убить меня, выбивал почву из-под ног. Мы с Феликсом надеялись, что Ши'А понимает: я и Аркмен — совершенно разные люди. Но на деле вышло совсем иначе: для драконы все Хранители оказались одним миром мазаны. Хорошо еще, что сам Дар изменил точку зрения. Впрочем, если бы этого не произошло, то и встречи рано утром в парке попросту не было бы. Это ведь два друга-трепача подстроили нам с Даром свидание.
Первым о присутствии дракона узнал, естественно, Грэм. Как и каким образом, он не распространялся. Он попросту предупредил Феликса и посоветовался, как лучше поступить. Просканировать эмополе дракона для дварха не составило большого труда. Ну, а когда Дар приблизился к ограде особняка, Грэм уже знал его намерения. Я тогда как раз спорила с Мечом под открытым небом на лужайке, валяясь на траве возле огромного куста сирени. Дварх предупредил Заххара с Феликсом и попросил посодействовать встрече. Премьер-министр согласился, а Меч все еще злился на меня, и напрочь отказался протрезвлять. Ему хотелось, чтобы я помучилась от утреннего похмелья. В отношении дракона он ничего не имел, но решил, что раз тот столько времени ждал встречи с Коричневым Лордом, то еще несколько часов ожидания спокойно переживет. Вот такие у меня замечательные друзья.
Как признался потом дракон, он слышал мой пьяный бред, а впоследствии и пьяное посапывание. Затем подошел, расположился рядом, укрыл своей курткой и терпеливо ждал пробуждения. Дар не знал, что Заххар был в курсе происходящего, и очень переживал — а вдруг охрана найдет незваного гостя раньше, чем я проснусь? Но все-таки не решался меня будить.
Теперь нам предстояло обсудить, что делать дальше. Отправить меня на Регнал или попытаться вразумить дракону через Дара. Отец Лазурий предложил свою кандидатуру на роль посла от Коричневой Леди к Матери драконов. Но мне его идея не слишком понравилась. Во-первых, патриарх стар, и нет гарантий, что он выдержит межпланетный перелет. Во-вторых, если Дар вернется с ним, а не с головой Хранителя, то реакция самой Ши'А может оказаться неадекватной. Так что предложения отца Лазурия я отвергла сразу.
А с моей кандидатурой не согласился Заххар, сказав, что на такой риск не пойдет. Ко всему прочему накалилась международная обстановка — Тарман на грани войны с Меростаном. Принятие вассалитета получило резонанс куда более серьезный, чем мы ожидали. Хороша же я буду, если в столь сложный момент исчезну с Арлила.
— А давайте я полечу с Даром, — влез в наш разговор Вашек.
