— Откуда тебе знать?
— Потому что в любом другом случае оно бы тебя защитило! Резня, блин, ты же точно не знаешь, миссия это или нет, верно? — спросила она напряжённо.
— Знаю. Меня сюда божество засунуло. Оно же и сказало, что мне делать. Я спросил, какова моя миссия.
— И оно сказало: защищай этот род, так?
— Ну… да, почти.
— В каком плане почти? — нахмурилась Суцьиси. — Резня, если ты меня затащил в пыточную и пугаешь раскалёнными клещами лишь потому, что сам обосрался, имей ввиду, я тебя по яйцам ударю.
— Я тебя затащил сюда, потому что не знаю точно, могу ли тебе верить или нет, — с угрозой произнёс я. — И не факт, что ты мне не лжёшь сейчас.
— Я не хочу тебя убивать, — сказала она громко, и кристалл не засветился. — Я не хочу твоей смерти, — вновь кристалл не горит. — Я даже не думала о том, чтобы тебя убить. Я не знала о том, что на тебя объявлена охота. Я не знала, что на тебя напал проклятый. Я не знала, что Божество что-то хочет тебе сделать. Я не знала, что против тебя что-то планировалась, когда я попала сюда. Я не знала, что против тебя что-то планировалась, когда ты повстречался мне на балу. Я не знала, что против тебя что-то планировалась, когда твоя сестра пропала. Моя миссия вообще никак с тобой не связана. Я даже не знала, что ты будешь в этом мире. Я не знала, что другие проклятые будут в этом мире. Я не знала, что здесь будут проклятые, которых отпустили. Я не знала, что кто-то хочет тебе отомстить…
Кристалл засветился.
— Так, я вру. Я знала, что куча народу хочет тебе отомстить. Я не знала, что они придут в этот мир тебе мстить.
Кристалл не загорелся.
— Я вообще ничего не знаю о планах божества, кроме тех, которые стали моей миссией. Я не желала тебе зла, смерти или вреда. И Резня, — она посмотрела на меня красноречивым взглядом. — Я считаю, что ты дебил.
Кристалл не загорелся, и я поморщился.
— А теперь скажи мне — ты сжёг общагу?
— Почти всё академию, — поправил я её.
— Зачем?!
— Чтобы замести следы.
— Какие?!
— Вашу пропажу, — и решил пояснить. — После пожара, пока они разгребут обломки и поймут, что вы не погибли, пройдёт время, след остынет и вас будет сложно найти.
— Кто-нибудь погиб?
— Да, несколько человек.
— Сколько?
— Пятнадцать-двадцать.
— Точно, Резня? — прищурилась она.
— Я не знаю, — поморщился я. — Я знаю, что около этого числа. Могу сказать, что разбилось человека три или четыре, когда выпрыгивали. Остальные задохнулись или сгорели.
— Гениальный план, Резня… — вздохнула она, откинувшись на пыточное кресло. — Молодец, ничего не скажешь. А ведь мы могли перетащить принцессу в комнату, где бы я убедила её, что всё ей приснилось.
— Я хотел поговорить конкретно с тобой.
— И устроил такой пожар.
— Я не знал, против меня ты или за. И я готовился к тому, что может потребоваться немного тебя потрепать, чтобы ты ответила мне честно.
— Я бы…
— Не рассказывай мне сказки.
Задним числом все молодцы.
Подойди и спроси, а ты бы мне так и ответила. Ага, очень смешно… Только я не живу прошлым и не говорю, что вот если бы я вернулся в прошлое, то там сделал бы иначе. Я сделал как сделал, потому что на тот момент этот вариант выглядел наиболее приемлемым. Уже давно понял, что всех тонкостей просто невозможно уловить.
Ладно…
— Тогда у меня другой вопрос, Суцьиси. Мы уже работали с тобой однажды, верно? Когда нас обоих потом казнили.
— Да, было дело, — кивнула она.
— И ещё до этого несколько раз встречались вроде как то тут, то там по приказу Божества, верно?
— Да… — протянула она, внимательно глядя на меня. — К чему ты клонишь, Резня?
— К тому, что я однажды потерял память, Суцьиси. Мне её стёрли за проступок. Ты знаешь об этом что-нибудь?
Она медленно кивнула, внимательно глядя на меня.
— Мне помогли вспомнить, как это произошло. В каком-то мире, где ты становишься сильнее от того, что убиваешь других. И чем больше ты убьёшь, тем сильнее станешь. Я пошёл против Божества по какой-то причине и смог сорвать ему планы. Только почему я пошёл на это, когда миссия была последней, я не знаю.
— И? — негромко спросила она.
— Ты же была там, верно?
— С чего ты взял?
— Воспоминание. Там была девушка, которая меня уговаривала остановиться и не идти против Божества. Говорила, что я идиот, что всегда таким был, будто знала меня ещё до того, как я был аннулирован.
Суцьиси вздохнула. Глубоко, будто пытаясь успокоиться.
— Почему ты решил, что это была я?
— Потому что… ты была единственной проклятой, с кем я хорошо общался. Единственной, которую я знал так долго, что даже не помнил, когда началось наше знакомство.
Суцьиси долго смотрела мне в глаза, прежде чем усмехнулась.
— Значит, что-то всё-таки да вспомнил… — вздохнула она.
— Ты ведь знала меня до этого? До потери памяти?
— Да, знала, — кивнула Суцьиси, глядя в потолок. — Я так-то была с тобой знакома задолго до того, как всё произошло.
— Ты старее, чем выглядишь, — хмыкнул я.
— А то… Но за тот случай меня тоже наказали, Резня… тебя звали тогда не Резнёй, кстати говоря, — пробормотала она. — До того, как всё случилось.
— И как? Можешь рассказать обо мне прошлом что-нибудь?
