И глядя на то, что было создано с таким трудом, я мог кивнуть самому себе и сказать, что теперь поместье сможет пережить нападение и я за него относительно спокоен. Через забор теперь перебраться было как минимум сложно, особенно незаметно. Появилась возможность предупреждать, подавать сигналы и управлять защитой на расстоянии. Постов и часовых стало куда больше и, возможно, будет в будущем ещё больше, что повышало безопасность. А если вдруг действительно будет нападение, поместье сможет продержаться даже благодаря количеству солдат, которые умеют воевать.
Теперь это место было не страшно оставить. К тому же, вряд ли сюда будет прорываться сто человек. А даже если и будет, обычно для взятия укрепленных сооружений требуется как минимум в три раза больше солдат, чем защищающихся. А столько вряд ли хоть один род бросит в атаку на чужой земле.
И вскоре мы уже на деле смогли увидеть защиту в действии. Перед самым отъездом все мои труды (не только мои, естественно) принесли свои первые плоды. Мне бы хотелось порадоваться… но, к сожалению, радоваться было нечему. Эффективность наших мер работала в обе стороны — понятия свой-чужой она не знала.
Сигнал тревоги застал меня в кабинете Диора, когда мы с ним спорили (ругались) по поводу будущего плана по похищению. Глухой, с трудом пробивающийся через стены, он тем не менее был хорошо слышим и заставил сердце ёкнуть.
До этого активно выясняя, кто же из нас тупее, мы с Диором одновременно, как по команде, замерли и подняли головы кверху, вслушиваясь в этот отрывистый гул. Все мысли в голове, что были до этого, сменились одной простой и понятной — чёрт, началось…
Напали…
Я всего секунду смотрел куда-то в потолок, вслушиваясь в звуки тревоги, после чего совершенно другим взглядом посмотрел на Диора. Все наши разногласия просто исчезли, будто их и не было. По сравнению с тем, что сейчас могло начаться, они стали выглядеть детским лепетом.
Долгий гудок, три быстрых, два средних. Долгий гудок, три быстрых, два средних.
— Тревога, — как-то отстранённо произнёс он первым.
— Северо-западная стена, — напряжённо ответил я, после чего сорвался к двери, крикнув напоследок. — Ты знаешь, что делать!
Под глухой вой тревоги я вылетел в коридор и стремглав помчался к своей комнате, где лежали кобуры с револьверами. Не подумал, моя ошибка, надо всегда носить их рядом. Промчавшись по коридору, я резко свернул за угол, где едва не сбил с ног молодую служанку, Колиру, которая с выпученными глазами куда-то мчалась.
— Господин Тэйлон! Тревога! — пискнула она, будто я и не заметил. Вот неотёсанная душа…
— Сообщи другим служанкам. Всем подняться на третий этаж во второй большой зал, поняла?! Запритесь и не высовывайтесь!
Второй большой зал на третьем — большое помещение чёрт знает для чего. На первом при атаке слугам точно было делать нечего.
— Чего встала?! Беги! — рявкнул я, подгоняя её, и сам бросился бежать.
Перепуганная то ли моими словами, то ли тревогой, Колира бросилась бежать, подхватив юбку, чтобы не запнуться.
Все знали, что делать. Я всех достал в этом поместье своими лекциями, куда бежать и что делать, заставляя их выполнять эти действия раз от раза. Гонял, чтобы у них на подсознании отложилось это. Чтобы даже во время паники, которая сковывает и лишает мозгов, когда всё рушится, взрывается и так далее, они просто на подсознательном уровне делали то, что необходимо.
А именно — спасались в самой дальней комнате, где, по моим прикидкам, их достать случайным огнём не должны. Откуда при желании и необходимости можно было даже осторожно спуститься вниз по верёвкам. Я и оставил там канаты на такой случай, если вдруг действительно возникнет необходимость покинуть поместье таким образом. То есть даже при пожаре они не окажутся отрезанными от выхода и смогут хоть как-то уйти.
Промчавшись до комнаты, я распахнул дверь и схватил у самого входа кобуры с револьверами, которые заблаговременно повесил, чтобы в случае необходимости не искать. Кто же думал, что необходимость возникнет так быстро…
На бегу застёгивая ремни на поясе, я бросился к лестнице, которую преодолел в несколько прыжков, и оказался в холле на первом. Здесь уже столпилось несколько солдат, которые готовились к обороне. Среди них затесались и Ушастая с Росси, который теперь жил здесь.
— Росси, за мной! Остальным запереть выходы! Ушастая, к Диору, башкой отвечаешь за него!
Теперь все двери были у нас обшиты железом и на засовах, чтобы хрен выбьешь, а на окнах первого этажа установили решётки. Поэтому просто пробраться на первый этаж через разбитое стекло или выбить дверь хрен получится. Считай, никто не проскользнёт. Могли поджечь, но и этот вопрос активно решался.
— Что встали?! — рявкнул я. — По местам!
И выскочил на улицу, бегом направившись в сторону предполагаемого прорыва. Вечерний мрак уже разогнали включившиеся лампы. С крыши продолжала вопить труба, теперь куда громче, когда мы оказались на улице. Надо будет потом придумать, как подавать знак, чтобы она замолкала, а то теперь уже мешает.
