— Нету слухов. Но все промолчали. Все, кроме Диора. Это было странно, ведь он был очень тихим и добрым, а тут… он устроил большой скандал разборками и вызовом на дуэль. Это не выходило за пределы разборки родов, которые сильно поцапались между собой. Всё еле удалось замять, но ваш род потерял в репутации, ухудшил отношения с Тарсонами и, как следствие, королевским родом.
— Но мы же в хороших с ним отношениях.
— А могли быть и в ещё более лучших. Из-за случившегося, за что Диору влетело от вашего отца по первое число. А потом твой брат резко изменился. Как по щелчку, — она щёлкнула пальцами.
— Как по щелчку?
— Как ты, — негромко ответила она, и меня слегка пробрало. — Он просто стал другим. Вместо доброго парня, который был отражением своей сестры, появился нынешний Диор. Молчаливый, саркастичный и циничный. Он больше не скандалил и вёл себя тихо. Мой брат говорил, что Диора будто подменили. Но люди просто так ничего не забывают.
— И не прощают… — пробормотал я.
— Я боюсь, что он втянет тебя в свою игру. Все мы, кто был свидетелем случившегося, помним, как он её любил. И как неожиданно забыл о ней и больше не поднимал тему. Будто спрятал в глубине своего сердца всё то, что хочет выплеснуть на других.
И он не забыл свою сестру. А когда у тебя есть абсолютная власть, ты сам можешь устанавливать законы. Можешь приказывать, миловать и наказывать. Можешь всё вернуть обратно.
Мы расстались с Юноной на границе королевств. Заходить на территорию Майкесендерии ей было опасно, да и сама Юнона не рвалась, учитывая, какие риски это несёт и кто её ждёт дома. Хотя бы на этом спасибо, не пришлось лишний раз пробиваться через чью-то упрямость, пытаясь что-то кому-то доказать. Можно сказать, что повзрослела.
— Ну… вот и всё? — улыбнулась она, бросив взгляд на мою мать в обличии волчицы. — Дальше мне нельзя, опасно слишком.
— Да, нельзя, — кивнул я.
Честно говоря, никогда не знал, что говорить в таких ситуациях, так как они встречались крайне редко. Обычно расходились без лишних слов. А здесь стоишь, молчишь и чувствуешь какую-то неловкость из-за повисшей тишины. Пытаешься что-нибудь сказать, а всё выглядит слишком натянутым.
— Жаль, я бы хотела вернуться и… знаешь… а, ладно, чего уж там, — Юнона потянулась ко мне, без лишних нежностей чмокнула в губы и обняла. — Береги себя, хорошо?
— Постараюсь. Ты тоже береги себя и брата. Не высовывайтесь сильно.
— Да уж и так незаметнее некуда, — улыбнулась она.
— Доберёшься?
— Куда же я денусь? Я же волчица, и еду найду, и в снегах не замёрзну. И меня не надо ловить по всему лесу, — хихикнула она и шепнула. — Я буду ждать тебя.
С этими словами Юнона развернулась, обернулась в вервольфа и без оглядки убежала в лес, скрывшись за деревьями. Можно сказать, что всё прошло очень даже неплохо относительно расставания. Что касается всего остального…
Оказывается, Диор питал сильные чувства к своей старшей сестре.
Меняет ли это что-нибудь в наших отношениях?
Я действительно об этом долго думал, как это может отразиться в будущем, но пришёл к выводу, что, по сути, в ближайшем времени ничего это не изменит. Наши цели совпадают — захватить власть и выжить среди остальных. Проблемы могут возникнуть в самом конце, если он решит отыграться за случившееся и что-нибудь учудит. Решит отомстить за то, что мы бросили сестру, и выкинет какую-нибудь хрень.
Понятное дело, здесь и сам род ничего не мог сделать, если она уже вышла замуж, но у каждого свои тараканы в голове. Особенно на это намекает тот факт, что он держит это в какой-то страшной тайне. Возможно, стоит поговорить об этом, возможно — нет. Надо подумать, так как хрен знает, чем это обернётся.
Такие ситуации меня дико выводили из себя, так как не знаешь, чем обернётся тот или иной разговор и как на него отреагирует человек. Сделает отношения напряжённей или наоборот, найдём общий язык.
Но куда больше меня насторожил тот факт, что он сильно изменился. Просто по щелчку, как я.
Каковы шансы, что Диор проклятый? Что он тоже заключил контракт с божеством и получил то, что ему позволило проворачивать подобные дела?
Если припомнить, он довольно сильно отличался изначально от всех. Более раскованный, вальяжный, смотрящий на всех с налётом презрения. И даже его манера говорить была более… ближе к обычной, что ли, интонации, слова и так далее. К тому же, если взять в расчёт, что он тоже проклятый, можно предположить, откуда Тэйлон узнал о мече.
Правда, он мог бы и сказать мне об этом…
Но тут два варианта: либо он не проклятый, либо он просто играет по своим правилам.
В первом варианте я знавал таких людей, которые после сильных потрясений менялись на сто восемьдесят градусов. Особенно это было видно по тем парням, кто сходу зелёные проходили через какое-нибудь дерьмо. Тех вообще не узнать было, или взгляд в никуда, или вообще двинутые на голову. Если Диора это так сильно тронуло, вполне возможно, что-то в нём или поехало, или перезамкнуло.
