Ожье Датчанин сроду не был трусом.Вовеки мир бойца не видел лучше.Заметил он, что дрогнули французы,Велел позвать Тьерри-аргонца тут жеИ Жозерана с Жоффруа АнжуйскимИ молвил Карлу гордо и разумно:«Взгляните, как арабы наших рубят.Пускай венца лишит вас вездесущий,Коль отомстить у вас не хватит духу».Все промолчали: отвечать нет нужды.Коней бароны шпорят, вскачь несутся,Язычников нещадно бьют повсюду.Аой!<p>CCLVI</p>Разят арабов император Карл,Ожье, Немон, анжуец Жоффруа,Что носит императорский штандарт.Особенно Ожье Датчанин храбр[154].Коню он шпоры дал, понесся вскачь,Убил того, кто нес с драконом стяг:Ожье Амбора вышиб из седла,Конем хоругвь эмира растоптал.Эмир увидел, что дракон упал,Что знамя Магомета – у врага,И понял тут язычник Балиган,Что Карл Великий прав, а он не прав.Поприутихла ярость басурман.Карл вопрошать своих баронов стал:«Достаточно ли сил еще у вас?»А те в ответ: «Не тратьте зря слова.Позор тому, кто не разит сплеча!»Аой!<p>CCLVII</p>День миновал, вечерний час подходит,Но меч враги не вкладывают в ножны.Отважны те, кто рати свел для боя.Их ратный клич звучит, как прежде, грозно.«Пресьоз!» – кричит эмир арабский гордо,Карл «Монжуа!» в ответ бросает громко.По голосу один узнал другого.Сошлись они на середине поля.Тот и другой пускают в дело копья,Врагу удар наносят в щит узорный,Его пронзают под навершьем толстым,Распарывают на кольчугах полы,Но невредимы остаются оба.Полопались у них подпруги седел.С коней бойцы свалились наземь боком,Но на ноги вскочили тотчас ловко,Свои мечи булатные исторгли,Чтоб снова продолжать единоборство.Одна лишь смерть конец ему положит.Аой!<p>CCLVIII</p>Отважен милой Франции властитель,Но даже он не устрашит эмира.Враги мечи стальные обнажили,Бьют по щитам друг друга что есть силы,Навершья, кожа, обручи двойные –Все порвалось, расселось, расскочилось.Теперь бойцы одной броней прикрыты.Клинки из шлемов высекают искры.Не прекратится этот поединок,Пока эмир иль Карл не повинится.Аой!<p>CCLIX</p>Эмир воскликнул: «Карл, совету внемли:В вине покайся и проси прощенья.Мой сын тобой убит – то мне известно.Ты беззаконно вторгся в эту землю,Но коль меня признаешь сюзереном,Ее получишь в ленное владенье».«Мне это не пристало, – Карл ответил. –С неверным я не примирюсь вовеки.Но другом буду я тебе до смерти,Коль ты согласен воспринять крещеньеИ перейти в святую нашу веру».Эмир ответил: «Речь твоя нелепа».И вновь мечи о брони зазвенели.Аой!<p>CCLX</p>
