Песнь Сюзанны полностью

— Лексингтон, — поправил ее Сейр. — Одетта Холмс поможет тебе найти это место, я уверен.

Сюзанне хотелось закричать: «Это не мое имя!» — но она промолчала. Этот Сейр хотел, чтобы она закричала, не так ли? Хотел, чтобы она потеряла контроль над собой.

— Ты здесь, Одетта? — Легкая ирония. — Ты здесь, зловредная сучка?

Она по-прежнему хранила молчание.

— Она здесь, — заверила его Миа. — Я не знаю, почему она не отвечает. Сейчас я ее не держу.

— О, думаю, мне известна причина ее молчания. — В голосе Сейра слышалась снисходительность. — Прежде всего ей не нравится имя. После чего, изменив голос, процитировал человека, о котором Сюзанна слыхом не слыхивала: — «Не зовите меня больше Клей. Клей — мое рабское имя. Зовите меня Мухаммед Али!» Так, Сюзанна? Или он появился позже твоего времени? Думаю, чуть позже. Извини. Время может и запутать, не так ли? Не важно. Через минуту-другую я тебе кое-что скажу, дорогая моя. Боюсь, тебе это не понравится, но, думаю, ты все же должна знать.

Сюзанна продолжала молчать. И молчание давалось ей все труднее.

— Что же касается ближайшего будущего твоего малого, Миа, я удивлен, что ты сочла необходимым спрашивать меня об этом. И в голосе Сейра, таком мягком, обволакивающем, послышалась должная толика праведного возмущения. — Король выполняет свои обещания, в отличие от тех, кого я мог бы назвать. Даже если не брать во внимание вопрос честности, взгляни на ситуацию чисто практически. Кто еще может растить, возможно, самого главного в истории человечества младенца… включая Христа, включая Будду, включая пророка Мухаммеда. Из чьей груди, уж извини за натурализм, мы можем позволить ему сосать молоко?

«Не слова — музыка для ее ушей, — с отвращением подумала Сюзанна. — Именно то, что она хочет слышать. А почему? Потому что она — Мать».

— Вы доверите его мне! — воскликнула Миа. — Естественно, только мне! Спасибо вам! Спасибо!

Сюзанна наконец-то заговорила. Посоветовала не доверять ему. И, само собой, ее полностью проигнорировали.

— Я никогда бы не солгал тебе, как не нарушил бы обещание, данное собственной матери, — донеслось из телефонной трубки («А была ли у тебя мать, сладенький?» — пожелала знать Детта). — Даже если правда иногда причиняет боль, ложь всегда возвращается, чтобы укусить нас, не так ли? Правда состоит в том, Миа, что твой малой не сможет пробыть с тобой долго, его детство будет не таким, как у других, обычных детей…

— Я знаю! О, я знаю!

— …но пять лет, которые он будет с тобой… а может, и семь, вполне возможно, что семь… он будет получать все самое лучшее. От тебя, разумеется, но и от нас тоже. Наше участие будет минимальным…

Детта Уокер выскочила вперед, быстрая и злобная, словно только что обожглась брызгами раскаленного масла. Лишь на мгновение ей удалось завладеть голосовыми связками Сюзанны Дин, но это мгновение она использовала на все сто.

— Совершенно верно, дорогая, совершенно верно, — пролаяла она. — Он не кончит тебе в рот или на волосы.

— Заткни пасть этой суке! — рявкнул Сейр, и Сюзанна почувствовала, как ее тряхнуло: Миа в мгновение ока скрутила Детту, продолжающую смеяться лающим смехом, и зашвырнула в глубины их общего разума. Где и заперла за крепкой решеткой.

Я уже сказала все, что хотела! — выкрикнула Детта. Сказала тебе, с каким козлом ты имеешь дело!

Теперь от голоса Сейра веяло ледяным холодом.

— Миа, ты контролируешь ситуацию?

— Да! Да, контролирую!

— Тогда не допускай повторения!

— Не допущу.

И где-то, вроде бы выше ее, хотя с определением высоты, ширины и длины в глубине разделенного разума возникали проблемы, что-то лязгнуло. По звуку — железо.

Мы действительно в камере, сказала она Детте, но та продолжала смеяться.

Сюзанна подумала: А я ведь практически уверена, что знаю, кто она. Помимо того, что она — это я. Часть Миа, которая не была Сюзанной и тем нечто, явившимся из мира пустоты, чтобы выполнить поручение Алого Короля… конечно же, третья ее часть была Оракулом, первородным или нет; женским началом, которое сначала попыталось совратить Джейка, а потом удовлетворилось Роландом. Грустный, одержимый желанием призрак. И наконец-то она получила тело, в котором нуждалась. Способное выносить малого.

— Одетта? — Голос Сейра, поддразнивающий и жестокий. — Или Сюзанна, если тебе так больше нравится. Я обещал тебе новости, не так ли? Боюсь, они у меня, как в том анекдоте, двух видов, хорошие и плохие. Ты хотела бы их услышать?

Сюзанна промолчала.

— Плохая новость — малому Миа, возможно, не удастся повторить путь своего тезки и в конце концов убить отца. Хорошая новость — через несколько минут Роланд скорее всего умрет. Насчет Эдди, к сожалению, сомнений у меня нет никаких. Он не может сравниться с твоим дином ни в быстроте реакции, ни в боевом опыте. Дорогая моя, очень скоро ты станешь вдовой. Это тоже плохая новость.

Она более не могла молчать, а Миа позволила ей говорить.

— Ты лжешь! Во всем!