Девушка застала императрицу сопровождающей императора за прогулкой во дворцовом саду, а позади правителя стоял не кто иной, как ее супруг, которого она не видела уже долгие дни.
Увидев Цянь Цянь, Сяо Чэнму слегка удивился, а императрица улыбнулась:
– Я услышала, что наложница Чэнму носит дитя, поэтому пригласила ее во дворец посидеть и послушать слова старых нянек вместе с беременной мной. Не ожидала, что сегодня посетите меня и вы, император, так еще и с Чэнму. Как удачно совпало! Думаю, в последние дни генерал крайне занят, так что супружеской паре стоит провести это время во дворце вдвоем.
Взгляд Цянь Цянь опустился на живот императрицы – там и правда виднелась легкая выпуклость, – а затем вернулся к Сяо Чэнму. Генерал лишь учтиво поклонился:
– Благодарю, ваше величество.
Император вместе с супругой пошли дальше по дворцовому саду, а Сяо Чэнму с Цянь Цянь двинулись следом сильно позади. Никто из их пары не говорил ни слова, что сильно отличало ее от смеющихся и разговаривающих фигур впереди. Наконец-то, спустя долгие минуты прогулки, мужчина выдавил из себя вопрос:
– С ребенком все в порядке?
Девушка покорно кивнула.
– Если тебе что-то нужно, не стесняйся просить слуг.
Она снова кивнула.
Сяо Чэнму всегда был малословен и теперь, сказав две эти фразы, тоже замолчал. Тут Цянь Цянь подхватила его ладонь и тихонько вывела в центре: «Пожалуйста, заботьтесь о себе вдали от дома, так мое сердце будет спокойно». Ее пальцы нежно коснулись твердой ладони генерала и, точно кошачьи коготки, царапнули сердце, вызывая зуд. Девушка никогда не проявляла перед ним никакой слабости, однако вот эта ее неизменная тихая улыбка непроизвольно рождала внутри него жалость.
Сяо Чэнму открыл было рот, но не успел произнести и слова, как вдруг услышал спереди шум.
– Защитить императора! – воскликнул один из стражей. – Во дворце убийцы!
Лицо генерала посуровело, он почти немедленно освободился от ладони Цянь Цянь. Лишь сделав два шага вперед, он все же обернулся и резко бросил:
– Найди безопасное место и спрячься!
Цянь Цянь оцепенело смотрела в удаляющуюся спину мужа, крепко-крепко сжимая в руке парчовый мешочек – подарок, что она все это время прятала в рукаве и так и не успела ему подарить.
Стража впереди, закрывая собой императрицу, с боем отступала, и женщина велела им:
– Я спрячусь сама, а вы бегите за подмогой.
Едва она это произнесла, как внезапно сверкнуло лезвие. Один из стражей оттолкнул императрицу назад, и та полетела в озеро. Цянь Цянь успела схватить ее за руку, вот только на ногах девушка стояла нетвердо. Кто-то неизвестный резко толкнул сзади, и она упала в воду вместе с женщиной.
Все перед глазами Цянь Цянь расплылось, а уши заполнила тишина. Вдруг откуда-то донесся плеск воды, и размытое зрение девушки, казалось, различило плывущий к ней темный силуэт.
Она протянула руку, желая схватить его. Вот только силуэт обнял другую женщину – ту, что носила ярко-желтое платье. Его широкий подол колыхался в воде, напоминая золотого феникса, который становился от Цянь Цянь все дальше и дальше.
Такой, как она, никогда было не встать между ними.
Цянь Цянь… Травинка на озерном дне…
Когда Сяо Чэнму вытащил императрицу на берег, от убийц уже избавились, вокруг засуетились дворцовые слуги, унося императрицу прочь, и вдруг один из стражей робко произнес:
– Генерал… Генерал, ваша наложница не поднялась на поверхность.
Сяо Чэнму замер, его лицо мгновенно побелело:
– Что ты сказал?
– Ее величество… императрица упала в воду вместе с вашей наложницей, я полагал, вы видели…
Он немедленно бросился обратно в озеро и лишь какое-то время спустя разглядел на дне Цянь Цянь. Она была одета в зеленое платье, и Сяо Чэнму едва ее не упустил. Ноги девушки крепко запутались в водорослях, и, когда мужчина наконец разорвал их и вытащил жену на берег, лицо Цянь Цянь уже было синеватым.
Она едва дышала. Сяо Чэнму принялся надавливать на грудную клетку с силой, почти способной сломать кость, и изо рта девушки наконец-то вырвалась вода, она закашлялась.
Чэнму облегченно вздохнул, словно только что одержал победу в важной битве, его пальцы все еще дрожали. Она едва… едва не умерла вместе с ребенком.
Цянь Цянь схватилась за живот, другой рукой крепко вцепившись в одежду Сяо Чэнму, из ее горла вырвался невнятный звук, похожий на плач маленького животного. Генерал опустил взгляд на катившиеся из ее глаз слезы и мгновенно все понял, мысли его вмиг опустели.
Девушка свернулась калачиком, под мокрым подолом медленно растекалось алое пятно.
– А-а-а… – Ей оставалось лишь стонать неразборчивыми звуками вперемешку с плачем, только так она могла излить горе.
Тонкие, слабые пальцы мертвой хваткой сжимали ткань его одежды. Сяо Чэнму в панике переместил девушку в объятия и провел ладонью по ее волосам, раз за разом повторяя:
– Не бойся, Цянь Цянь. Не бойся.
Вот только уголки его собственных губ при этом дрожали.
Впервые Сяо Чэнму почувствовал вину перед другим человеком, испытал такое чувство стыда, что оно принесло боль.
Ребенок умер.
