— Это безопасно. Всего лишь гигантское облако. — Но затем Дрю резко повернул лицо в мою сторону, широко раскрыв глаза, яркая галогенная лампа практически парила над ним. — У меня нет с собой телефона. Он в грузовике.
Я уставилась на него на мгновение, задаваясь вопросом, планирует ли он продолжить эту мысль или, по крайней мере, объяснить, почему почувствовал необходимость рассказать мне то, что уже знала. Мы оба оставили свои телефоны в грузовике, чтобы они не промокли.
— И ты хочешь сказать, что...
— Снимки, Кенни! Фотографии! — Как будто это было очевидно. — Но я боюсь, что туман рассеется до того, как вернусь.
— Вернусь? Какого черта ты бы вернулся сюда?
— Ты не сможешь получить этот вид со стоянки. Держу пари, ты даже не смогла бы увидеть его вершину оттуда, из-за деревьев. — Он снова взглянул на приближающуюся стену, прежде чем предложить: — Оставайся здесь, пока я сбегаю к грузовику за телефоном.
— Ты в своем уме? Ты хочешь, чтобы я осталась здесь одна посреди... посреди... — Я ткнул пальцем в небо, как будто раздражающе тыкала кого-то, чтобы привлечь их внимание. — ...что бы это ни было? Ты только что сам сказал, что этого не должно быть здесь, а это значит, что это, вероятно, не так безобидно, как ты думаешь.
— Хорошо, тогда ты можешь сбегать к грузовику и взять мой телефон?
Мой взгляд упал на ухмылку, которая тронула уголки его рта. Это стало для него развлечением, хотя я не была уверена, почему.
— Ты же понимаешь, что если я пойду к грузовику, то не вернусь, верно?
— Да, я подумал, что это рискованно, но попробовать стоит. Тогда ладно. Мы оба вернемся к машине, и ты можешь остаться в грузовике, пока я вернусь, чтобы сделать самые потрясающие снимки, которые кто-либо когда-либо видел.
Я была известна тем, что время от времени проявляла упрямство, обычно для того, чтобы настоять на своем. Поэтому, зажав носок ботинка между двумя камнями, я оттолкнулась и встала выше, чем раньше.
— Нет, все в порядке. Я останусь здесь. Таким образом, смогу рассказать тебе о том, что ты пропустил, пока тебя не было.
Это должно было заставить парня понять, что он, скорее всего, пропустит самое интересное, если уйдет. И, поскольку это было такое редкое явление, я сомневалась, что он хотел воспользоваться этим шансом. Но вместо того, чтобы решить остаться со мной, Дрю пожал плечами, прежде чем подплыть к краю.
Мне не следовало проверять его. Я должна был знать, что не выиграю. И теперь я была совсем одна, цеплялась за скалу, погруженная в холодную воду, и наблюдала, как в мою сторону надвигается стихийное бедствие. Однако, чем дольше я смотрела на это великолепие, тем больше очаровывалась. Если это действительно был туман, как утверждал Дрю, то он должен быть безвреден... и я бы увидела это воочию.
К моему удивлению, Дрю вернулся еще до того, как дымка добралась до нас. Она была все еще достаточно далеко, чтобы мы могли видеть, что это было, но достаточно близко, чтобы мы оба знали, что это не продлится долго. Парень взобрался на каменную стену, держа телефон высоко над головой, прежде чем занять свое место рядом со мной.
— Как только это дойдет до нас, нам нужно будет выйти и поспешить к грузовику. Я смог заглянуть за него с другой стороны, и это выглядит не очень хорошо. Думаю, что причина, по которой ветер смог столкнуть туман в такую стену, заключается в том, что за ним, похоже, гонится сильный шторм.
Это не заставляло меня чувствовать себя в безопасности или защищенной.
— Тогда поторопись и сделай свои чертовы снимки, чтобы мы могли убраться отсюда к чертовой матери.
К счастью, ему удалось уловить мою легкую панику, и с ухмылкой бросить на меня взгляд.
— Парковка близко. Нам потребуется всего минута, чтобы добраться туда.
Я подождала, пока Дрю вернулся к своему телефону. Но как только на внутренней стороне моей щеки появилось ощущение, что я прогрызла в ней дыру, опустила ногу. Я больше не могла этого выносить.
— Это облако, Дрю. Видел одно, видели их все. Сколько еще нечетких, серых фоток тебе нужно?
— Разве ты не хочешь испытать, как это движется по тебе?
Я посмотрела в сторону, понимая, что туман действительно был совсем недалеко.
— А как насчет шторма?
— Мы вернемся на курорт до того, как это случится.
— Обещаешь?
Дрю ткнул пальцем в крестик у себя на груди.
— Клянусь.
Я не могла этого объяснить, но доверяла ему. Знала, что не должна этого делать, учитывая, что он ничего не сделал, чтобы доказать, что заслужил это право. Однако парень также не давал мне повода усомниться в нем. В нем было что-то такое — его присутствие, его аура, он сам, — что заставляло меня слушать. Каким-то образом всего за несколько дней ему удалось заставить мой сверхактивный мозг замолчать настолько, чтобы плыть по течению. Я почувствовала глубокое, необъяснимое желание последовать его примеру.
