Влажная луна появилась над Венецией.Бледно-лимонная луна закачалась в ее водах.Напрасно она употребляла всевозможные специи, –Ей не вернуть утраченные и милые года,Ведь она встает над огромным трупом,Ведь она светит червякам в мертвеце.Ведь она видит, как ходят с лупойБледные люди с печалью на лице.Ведь она знает, что все погибло,Что нет пурпура и драгоценных камней…И только в море, как в месте гиблом,Хранятся золотые кольца дожей.О Венеция! Моя грустная подруга,Плачет горько увядшая луна,Нет теперь у нас ни любовника ни другаСкоро окутает саваном тишина.И только в шкафу у какого-нибудь синьораБудут храниться твои ткани и жемчугаИ, скрытая от чуждых, холодных взоров,Воплотясь в них ты переживешь века.<p>В театре<a l:href="#c232"><sup>*</sup></a></p>При красной лампе кого-то убивали,При красной лампе кто-то плакал.Кокотки душу всю раздевалиИ где-то скорбно браслетик звякал.Кокотки душу совсем раздели.Какое дело всем до кокотки?!Глаза кокотки от слез горелиЗвучали в голосе печали нотки.А зритель в зале смеялся шумно –Он был далек от жизни сцены,И хохотали весьма бравурноПортьеры залы до белой пены.Они смотрели, они внимали,Они читали во взглядах мумий,Что им не надо, ни вакханалий,Ни нежной страсти и раздумий.Какое дело им до кокотки?Они пришли, чтобы развлечьсяИ смехом громким и короткимСказать кокотке: «Прошу раздеться!»Душа кокотки на все согласна,Она разделась до боли странной.При свете томном, при свете красномВсе смотрит ласковым обманом.И зритель в креслах весьма удобныхСмакует гордо кокотки душу –Она как хлебец румяный, сдобныйЕго покоя – не нарушит!<p>«Нового! Ради Бога нового!..»<a l:href="#c233"><sup>*</sup></a></p>Нового! Ради Бога нового!Жгите старое хотя бы и хорошее!После бдений и поста суровогоТак хочется всего на него непохожего.После проклятий и бого-хуленийХочется жечь кому-то фимиамыИ с учетверенным рвениемВоздвигать пьедесталы и храмы.Я, обливший слюною Бога,Сделавший из женщины игрушку по<хоти,>Хочу помечтать и поплакать немного,Забыть о своем зловещем хохо<те.>Забыть, и увидеть в Боге – БогаВ женщине – равного мне чело<века,>И с улыбкой ласковой и нест<рогой>Говорить о себе как о бедном <калеке,>У которого душа была очень красива,(Но для него она была так обыкновенна!)И который в позе крикливойРазбил ее для новой перемены.<p>«Я – негр разбивший своего бога…»<a l:href="#c234"><sup>*</sup></a></p>
