Но потом Сестра поняла, что это не совсем пустыня, потому что позади костра и танцоров, она увидела несколько рядов небольших бледно-зеленых растений. Сестра услышала, как Пол с благоговением сказал:
- Боже мой! Что-то снова растет!
Они шли через поле по направлению к празднующим и прошли мимо того, что показалось им свежей могилой. На ней была вырезана сосновая доска с именем Расти Визерса. "Спи спокойно", - подумала она. Потом они приблизились к костру, и некоторые прекратили танцевать, наблюдая за их приближением.
Музыка стала стихать и прекратилась с последним звуком скрипки.
- Здрасьте, - сказал мужчина в темно-зеленом пальто, сделав шаг от женщины, с которой танцевал. На нем была бейсбольная шапочка, а под ней почти все его лицо было обезображено ужасным коричневым шрамом, но он улыбался, и глаза у него были ясные.
- Привет, - ответила Сестра. Здесь лица у людей отличались от тех, которые они видели раньше. Это были лица, полные радости и надежды. Несмотря на рубцы и шрамы, которые их портили, несмотря на выступающие скулы и ввалившиеся глаза, которые говорили о долгом голоде, несмотря на кожу мертвенного цвета, которая не видела солнца семь лет. Она пристально смотрела на бледно-зеленые растения, загипнотизированная их движением, когда они качались на ветру. Пол прошел мимо нее и наклонился, чтобы потрогать дрожащей рукой одно из них, как будто боялся, что это нежное чудо может испариться как дым.
- Она не велит трогать их, - сказал черный, который водил по стиральной доске. - Она говорит, их нужно оставить и они сами о себе позаботятся.
Пол отдернул руку.
- Прошло... уже много времени с тех пор, как я видел, как что-то растет, - сказал он. - Я думал, что земля умерла. Что это?
- Кукуруза, - сказал ему другой. - Стебельки взошли только вчера ночью. Я раньше был фермером, и думал, что эта грязь не годится для того, чтобы в нее что-либо можно было посадить. Думал, что радиация и холод покончили с ней. - Он пожал плечами, восхищаясь зелеными стебельками. - Я рад, что ошибся. Конечно, они еще не очень сильны, но все, что растет в этой грязи - это просто чудо.
- Она говорит, их нужно оставить, - продолжал черный музыкант. - Она говорит, что может засадить все поле злаками, если мы позволим вызреть этим первым растениям, и мы сторожим и отгоняем ворон.
- Хотя она больна, - сказала крепкого вида женщина с ярко-красным шрамом на лице, и отложила в сторону картонную коробку, в которую она перед этим била. - Она горит в лихорадке, а лекарств нет.
- Она, - повторила Сестра. Она осознала, что говорит как во сне. - О ком вы говорите?
- Девушка, - сказала Анна Мак-Клей. - Ее зовут Свон. Она очень плоха. У нее на лице эти штуки еще хуже, чем у вас, да она и ослепла в придачу.
- С_в_о_н_, - колени у Сестры подогнулись.
- Это она сделала. - Черный музыкант подошел к молодым стебелькам. Посадила их своими руками. Все это знают. Это здоровяк Джош рассказал всему городу. - Он посмотрел на Сестру, ухмыльнулся и показал свой единственный золотой зуб. - Разве это ничего не значит? - гордо сказал он.
- Откуда вы пришли, люди? - спросила Анна.
- Издалека, - ответила Сестра, почти плача. - Очень издалека.
- Где сейчас эта девушка? - Пол сделал несколько шагов по направлению к Анне Мак-Клей. Сердце его отчаянно билось, а слабый плодородный запах стеблей был слаще, чем запах любого виски, который он когда-либо наливал себе.
Анна указала на Мериз Рест.
- Там. В хижине Глории Бауэн. Это не слишком далеко.
- Отведите нас туда, - потребовал Пол. - Пожалуйста.
Анна засомневалась, стараясь прочитать в их глазах, что у них на уме, как она это делала с простаками, подлизывавшимися к ней на карнавалах. Оба они были сильными и крепкими, решила она, и, следовательно, не сделают дурного. Тощий парень с длинными волосами, в которых было полно перышек и косточек, выглядел настоящим разбойником, да и другие ребята были тоже хороши; все они, вероятно, умели очень здорово пользоваться винтовками, которые носили с собой. Она уже заметила, что у мужчины за пояс брюк был засунут пистолет, а женщина, скорее всего, тоже имела оружие. Но у них в глазах была какая-то потребность, как отблеск огня, горевшего глубоко внутри. Джош сказал ей остерегаться посторонних, которые хотели бы видеть Свон, но она знала, что не сможет отказать им в этой потребности.
- Тогда пойдем, - сказала она, и повела к хижинам.
Позади них скрипач отогревал руки у костра, а потом снова заиграл, черный мужчина весело заводил по своей стиральной доске и жители стали танцевать.
Они шли вслед за Анной Мак-Клей по переулкам Мериз Рест. И, когда Сестра поворачивала за угол, из другого переулка что-то выстрелило ей навстречу. Ей пришлось резко остановиться, чтобы не споткнуться и не упасть, и вдруг у нее появилось ощущение цепенящего холода, который, казалось, сдавил дыхание у нее в легких. Она инстинктивно выдернула дробовик из кобуры под пальто и ткнула его в злобное лицо человека, сидящего в детской красной коляске.
