Почта опоздала, время утешений прошло, настало время поздравлений.
ЯЗЫК ДО КИЕВА ДОВЕДЕТ
Ольгу и других гимнасток пригласили на показательные выступления в Японию.
На любые показательные Ольга всегда потом ездила с удовольствием: ни судей, ни оценок, ни волнений, ни пресловутого груза ответственности - сплошное удовольствие! К тому же, в отличие от соревнований, где все «завинчено» до предела (едва приехал - надо выступать; выступил - пора уезжать), здесь порой можно выкроить массу свободного времени: побродить по городу, сходить в кино, забежать в магазин, покататься на «колесе обозрения», тайком умять в столовой второй бифштекс. Словом, почувствовать себя свободной от неизбежных соревновательных ограничений. Ведь у спортсменов, как и у артистов, обидно иногда получается. Колесит по городам и весям без передышки, а остановит знакомый, спросит: «Как там поживает мой родной Ереван, или Гомель, или Кострома?» - и он ему ничего вразумительного ответить не в состоянии. Потому что знает только этажность гостиницы, в которой проживали, и вместимость местного концертного зала или Дворца спорта.
Далекая, удивительная, экзотическая, таинственная Япония оказалась именно такой, какой Ольга ее себе и представляла, - удивительной, экзотической, таинственной. Если б не утомительные, тягостные десятичасовые перелеты и не казус, происшедший с ней в день приезда, можно было бы сказать, что это - замечательное турне. А случилось вот что. В Нагое Ольга Корбут с Тамарой Лазакович скоренько бросили вещи в номер и, никому ничего не сказав, выскочили поглядеть на вечерний город: на секундочку, одним глазком, около парадного входа. Потом решили заглянуть за один угол, потом за другой... и заблудились. Лазакович показывает в одну сторону, Ольга - в другую. Проверили обе версии и окончательно утратили ориентиры. Куда ни глянь - повсюду магазины и магазинчики, будто с конвейера, да игрушечные дома-кубики, расцвеченные неоновыми огнями. Плюс близнецы-улицы с равнодушно мчащимися белыми (почему-то 90 процентов японских автомобилей выкрашены в белый цвет) «тойотами». Впору зарыдать от отчаяния.
В этой трагической ситуации Ольга выудила из памяти английское «эскьюз ми», достала из кармана гостиничный ключ (какое счастье, он оказался там!) и решительно подошла к стоящему у обочины полисмену. Так, мол, и так, заблудились мы, не будете ли любезны помочь. И показывает ему ключи от гостиницы. Довел доблестный страж порядка девушек до отеля - он оказался в трех шагах от того места, где они заблудились. А Ольга после этого случая стала учить английский.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ОЛЬГА!
Одному корреспонденту центральной газеты Кныш сказал, что Ольга использует свои возможности на 50 процентов. И на практике, без сомнения, руководствовался именно этим тезисом, начав усложнять даже самое сложное. Он не желал останавливаться, заниматься шлифовкой и подгонкой. Его неиссякающая фантазия, удивительное, парадоксальное понимание гимнастики, «нюх» на новый элемент не могли не вызывать восхищения.
Пришла весна 1973 года, Кныш уже думал о соревнованиях в Варне в будущем, 74-м (там предполагалось провести чемпионат мира), и о Монреале-76. Но именно в 1973-м Лариса Семеновна Латынина сказала: «Вас приглашают в турне по Соединенным Штатам Америки. Вылетаем завтра. Непременно требуют, чтобы приехала Корбут...»
В различных турне по Соединенным Штатам Америки Ольге пришлось выступать пять или шесть раз. Многое сегодня стерлось из памяти: события, перетасовавшись, выстроились в произвольной последовательности. Она не может точно сказать, что случилось во второй поездке, что в пятой. Особняком стоит лишь то первое путешествие 1973 года.
Говорят, парфюмерная фирма «Побурже» практически ничем не рисковала, организовывая двадцатидневное турне женской сборной СССР. Популярность гимнастики в США после Олимпиады в Мюнхене росла, подобно лавине, так что даже бейсбол и баскетбол, традиционные виды спорта, вынуждены были почтительно отступить, освобождая место на пьедестале. Секции, клубы, группы создавались везде. Гимнастика вошла в моду, а значит, стала сферой, куда выгодно помещать деньги. Это, как известно, параграф номер один из свода правил американского образа жизни. Неудивительно, что на всех перекрестках Америки разом врубились тысячи громкоговорителей, возвестивших, что гимнастика - «это здоровье, престиж, успех» и так далее по обычным рекламным образчикам.
