Длинные стебли болотной травы гнулись под ногами, плотные шишки рогоза жалобно фыркали, когда он на них случайно наступал, а из-под подошв с хлюпаньем поднималась мутная болотная вода с ошмётками ила. Холодало. Осенние заморозки обсыпали всё вокруг хрупким серебряным инеем, а воздух вырывался изо рта клубами белого пара, улетая в высь.
Кай, озираясь по сторонам, медленно продвигался вперёд, нащупывая наиболее твёрдые участки почвы и надеясь, что не провалится в вязкую топь. Над головой предсказателя серело небо поздней осени, а тело дрожало от холода, покрывшись мурашками. На самом деле, он не знал, зачем он здесь и как оказался. Просто чувствовал, что это важно, и что он должен быть здесь именно сейчас.
Сзади хрустнула, ломаясь, сухая ветка, и Кай испуганно оглянулся. Вокруг не было ни души, лишь рогоз и вода, и сухая трава, покрытая инеем. Но хруст повторился, сопровождаемый шорохом. Каркнув, слетел с дерева большой чёрный ворон, и, усевшись на торчащую кривую корягу, он склонил голову и уставился на Кая круглым чёрным глазом, похожим на бусину. По телу предсказателя прокатилась дрожь. Он торопливо сделал шаг вперёд, почувствовав, как ледяная вода противно заползла в ботинок, и, дёрнувшись, провалился практически по самое колено, охнув.
Ворон, захлопав крыльями, сорвался с места, и шорохи вдруг стали оглушительно громкими. Они приближались сзади, похожие на поступь дикого зверя, и Кай, выбравшись из воды, бросился вперёд, уже не обращая внимания ни на топь, ни на заливающую ноги холодную воду. Он нёсся сквозь высокие заросли травы, оглушённый её шумом и совершенно не слыша преследования, но точно зная, что оно есть. Кто-то неотступно идёт за ним, пытаясь поймать, и нужно сделать что угодно, лишь бы не позволить этому случиться.
От холодного воздуха перехватило горло, грудь тяжёло вздымалась, а кровь бешено стучала в висках, разгоняемая отчаянно бьющимся сердцем. Кай вновь провалился в воду, выбрался, оцарапав ногу о валяющиеся вокруг острые обломки веток, и опять побежал, чувствуя, что эта заминка дала его врагу слишком большое преимущество: его уже почти нагоняли.
В голове крутились какие-то заклинания, совершенно неуместные сейчас, Кай сбивчиво дышал, чувствуя, как начинает колоть бок от быстрого бега, но всё ещё, из последних сил, стремясь вырваться прочь. Нужно только добежать до края болота - и никакой опасности больше не будет. Это знание пришло к нему непонятно откуда, но он чувствовал, что оно правдиво. А значит, осталось совсем немного, ещё чуть-чуть, еще несколько десятков шагов... но хриплое дыхание охотника раздавалось уже за самой спиной, ровное и громкое. Каю даже казалось, что он чувствует его жар. Но рванулся вперёд, в последней отчаянной попытке, запутался в жёсткой болотной траве и рухнул на землю, больно ударившись рукой. Дыхание преследователя раздавалось над самым ухом, и последним, что Кай запомнил, было ощущение разрывающей тело невыносимой боли, прокатившееся волной от ног до самой шеи...
Вскрикнув, предсказатель распахнул глаза. Над головой был всё тот же привычный потолок его комнаты, он лежал всё на тех же простынях, на которых заснул вечером, и не было никакого болота, и никакого ворона, не было боли...только страх.
Предсказатель перевернулся на бок, стараясь успокоить бьющую тело дрожь, и в этот самый миг внизу раздался требовательный звонок, эхом разошедшийся по всем уголкам огромного дома. Сначала парень хотел послать мысленно всех пришедших подальше, предоставив брату или отцу проявлять чудеса гостеприимства в столь ранний утренний час (а было-то всего восемь), но тут же вспомнил, что из-за побега эктос-некроманта, заколдовавшего и укравшего единственного и уникального эна-целителя, Нэй со своим любовником вообще не ночует дома, а отец пропадает во дворце с раннего утра и до самой поздней ночи.
Вообще-то Кай не любил об этом думать, потому что каждое упоминание этого события растравливало его уязвлённую гордость: он не видел этого. В его видениях не было даже намёка на это, без преувеличения, катастрофическое событие. Он не видел ни самого дня ухода, ни того, что произойдёт после. Почему Высшие, оставив его лучшим после Марии Сэфис-Инглар предсказателем, не дали ему таких видений? В будущем были какие-то разрозненные всплески, малозначительные картины, кусочки никому не интересной мозаики - и ни одного намёка на то, что некромант планирует сделать, куда он направляется и зачем ему понадобился целитель. А ведь в таких ситуациях достаточно порой пяти секунд видения, чтобы спасти сотни и тысячи жизней… и чтобы жизнь Нэя и Алисандра наконец наладилась.
Он видел, как они ссорились. В последнее время всё чаще и чаще, и как только Кай уплывал в будущее, он видел картину, которая заставляла его сжимать кулаки в бессильном отчаянии:
- Чтобы я тебя больше не видел тогда, ясно?! Не смей больше подходить ко мне! - кричал Нэй Халлрон, потеряв над собой контроль настолько, что Каю даже не верилось, что это его брат.
