Деамайн, усмехнувшись, ущипнул Кая за сосок, дёрнув, и это дополнительное ощущение, всего лишь на пару мгновений, но всё же вернула предсказателя к одному-единственному миру. Вернуло в том самый момент, когда некромант, преодолев сопротивление непривычных к такому мышц, коротким резким толчком ворвался внутрь. Голос Кая, казалось, разнёсся по всем этажам. Пальцы предсказателя умоляюще, отчаянно сжались на запястьях Деамайна, но тот не обратил на них внимания. Он смотрел на лицо Кая, он отпечатывал в памяти каждую секунду: катящиеся по щеках слёзы и рвущееся из груди парня рыдания, его хриплые стоны и сведённое болью потерявшее невинность тело… великолепно! Это всё было невыносимо, безумно прекрасно. Предсказатель вёл себя именно так, как любил Деамайн. Его слёзы, и боль, и осознание безвозвратности случившегося, и отчаяние – всё это возбуждало некроманта ничуть не меньше, чем ощущение сомкнувшейся вокруг члена тугой плоти, требующей продолжить то, что мужчина уже начал. И он продолжил, не колеблясь ни секунды.
Кай, ушедший вновь в будущее, вскоре начал тихо постанывать, а буквально через минуту уже и откровенно кричать, насаживаясь на член Деамайна самостоятельно, шепча какой-то бред и скользя руками по его телу, периодически задевая тот самый кулон. Конечно же, Деамайн надел его не из любви к украшениям, только вот мало кто разбирался с настолько тонких нюансах магии. Особым образом обработанное сердце сианского волка, превращенное в испещрённый кровавыми венами камень. Оно – чистый наркотик для предсказателей, безвредный по своей сути, но от этого ни менее действенный. И Кай даже не представляет, что если бы Деамайн приказ ему в присутствии всех родственников и знакомых отсосать ему, парень бы это сделал с радостью, практически не задумываясь.
Но отнюдь не ради удовольствия парнишки болтался на шее некроманта этот артефакт. Ему были нужны предсказания, а этот кулон способен здорово стимулировать дар, впитывая и передавая затем владельцу всё, что Кай увидит. Именно так он сейчас найдёт ту недостающую часть, что ему так нужна. Кай – единственный предсказатель, который просто обязан видеть его будущее, и он должен привести к нему Деамайна. А прекрасное невинное тело, доставшееся ему – всего лишь приятный бонус, от которого было бы глупо отказываться.
Мужчина провёл пальцами по золотым волосам, коснулся ими приоткрытых губ…
- Ну же, давай, малыш, - нежно произнёс он, толкаясь в тело Кая в очередной раз, и предсказателя накрыло сладкой волной. Весь мир исчез, исчезли звуки и очертания комнаты. Перед глазами расстилалась тьма, перемешанная каким-то мельканием, из которого Кай, полностью отданный опустошающему удовольствию, не мог разобрать ровным счётом ничего. Он чувствовал, как тесно прижимается к нему Деамайн, почти слившись в единое целое, чувствовал приправленный ладаном запах его волос, и медленно, бесконечно медленно приходил в себя.
Тело болело, но вместе с тем испытывало странную лёгкость, словно Кай только что освободился от чего-то давящего и беспокоившего его давно. Видение? Это из-за него? Но он не помнил ни кадра…
-Тсс… - тихо прошептал Деамайн, удобно устраиваясь на диване и кладя голову обессиленного Кая себе на грудь, - …отдохни.
И предсказатель сдался. Да, этот мужчина был монстром, непонятно что с ним сотворившим, но факт оставался фактом: ему было с ним хорошо настолько, что невозможно подобрать слов, и он хотел его так, что готов был на всё ради исполнения этого желания. И поэтому сейчас, когда всё уже случилось, можно просто ни о чём не думать, а лежать, перебирать его волосы, чувствовать тонкие пальцы в своих и слушать успокаивающееся с каждой минутой биение его сердца. Деамайн… некромант, лучше которого вряд ли можно кого-то найти.
Кай, осмелившись, поцеловал его, просто так, не особо надеясь на что-то, но мужчина хмыкнул и ответил, не таким голодным и жадным поцелуем, как в самом начале этого безумия, а тепло и нежно, словно благодаря за всё. И от этого у Кая болезненно защемило сердце.
- Деамайн, я…
- Ты что творишь?!!
Голос Кристофера заставил Кая мгновенно вскочить, холодея от страха. Как отец мог вернуться именно сейчас?! Он же всегда приходил поздно вечером! И именно сегодня…
- Деамайн!.. – прошипел Халлрон-старший, не вызвав, однако, никакой особой реакции со стороны некроманта.
- Пап, я…
- Молчи!
Кристофер был просто в ярости, и его сложно было за это винить. То, как он любил сына, то, как ненавидел Деамайна, и то, что он в итоге застал – странно, что при таком раскладе он ещё не попытался начать магический бой.
Кая трясло, как в лихорадке. Он хотел чем-то прикрыться, словно это могло спасти его от отцовского гнева, но, как назло, его единственная одежда - пижамные штаны, лежала слишком далеко.
- Держи, - поняв его смущение, Деамайн протянул его свою собственную рубашку, и Кай, не задавая лишних вопросов, поспешно укутался в неё, как мог.
Не оставив это без внимания, Кристофер скрипнул зубами и сжал кулаки.
