— Сережка, не тяни, заинтриговал. Давай с любой, излагай.
— Возможно, у нас с тобой в скором будущем появится возможность пожить в обстановке, немного похожей на эту, — сказал Сергей, при этом жестом указал на экран телевизора.
— Не поняла тебя: что, в кино сниматься пригласили, и причем здесь я? — спросила его удивленно жена.
— Ага, в кино, в цирке выступать, клоуном, — рассмеялся Сергей и начал подробно рассказывать всю историю сначала.
Быстро наступил южный вечер, они вышли на балкон, Сергей с удовольствием закурил и тут понял, что жена так и не ответила: согласна она ехать, или нет.
— Ну, так что, едем или как?
— А ты спросил у Лесняка, как называется страна, и с семьей ехать или одному?
Жена задала тот вопрос, который он забыл сам задать начальнику из управления армии. Если с семьей, то это нормально, а вот если нет, то это может оказаться Афганистан, что в корне меняло ситуацию. Война в Афгане шла полным ходом седьмой год.
— Он мне сам ничего не сказал, дал лишь тридцать секунд на размышление, вот я и не успел даже об этом подумать.
Сергей долго не мог заснуть, ворочался — то ему мешала подушка, то мысли лезли в голову дурные. Жена тоже не спала, вздыхала.
…Вот звезда упала, с неба ночного скатилась, загадать желание надобно, чтоб не забылось, чтоб обязательно сбылось, то о чем мечталось и снилось. Месяц, на небе лениво качаясь, за тучки уходит, уносит дневные тревоги, ночка идет к середине, не торопит, не терпит потехи она. Стоит тишина, даже сверчок беспокоить боится тревоги. Мы с тобой, как две недотроги, в сновиденьях забывшись, лежим. Звезда с неба упала, между нас желаньем прокатилась своим.
Что сбылось, то сбылось, а не сбылось, следующей ночи мы подождем…
Утром они, как всегда, вместе отправились на автобусную остановку.
Доехав до центра города, Сергей с Андреем пересели в другой автобус, Таня, помахав им рукой, заспешила на работу. Детский сад находился недалеко от воинской части, где служил Мартынов, и, когда у него не было ночных дежурств, он отвозил сына в садик.
Попрощавшись с ребенком, Сергей заспешил на работу: до утреннего построения оставалось несколько минут.
Командир быстро провел утренний развод личного состава по местам службы, офицеры разошлись по кабинетам, начался обычный рядовой день части ПВО, одной из многих частей, разбросанных по Черноморскому побережью.
Сидя за столом, Сергей думал: знает или еще не знает командир о поступившем ему предложении? Как сложится разговор с командиром?
В кабинет вошел Ростошинский и, нагнувшись к Сергею, сказал:
— Серега, иди к папе, вызывает…
Папой в части за глаза называли командира (мамой — начальника политотдела).
— Ну, с Богом, — сказал Мартынов и пошел к кабинету полковника Орлова. Постучав в двойную дверь и услышав приглашение войти, зашел и доложил о прибытии.
Внимательно посмотрев на майора, командир тихо спросил:
— Что, сбежать хочешь? Не нравится со мной служить? Жаркий климат ему подавай, а тут что тебе — Крайний Север?
Сергей насторожился, за долгие годы совместной службы он хорошо изучил командира: когда тот говорил тихим вкрадчивым голосом, это означало одно — он недоволен. И командир тоже хорошо знал характер Сергея, знал, что тот не будет спешить с ответом. Сергей пришел в часть, только-только получив звание старшего лейтенанта, и все его становление как офицера прошло под руководством Юрия Михайловича Орлова, легендарной личности в войсках ПВО.
Дело в том, что Орлов был единственным во всех Вооруженных силах страны того времени, кто имел три ордена «За службу Отечеству» всех степеней, что в мирное время приравнивалось к званию Героя Советского Союза. Все эти награды, конечно, были заслуженными, и, как говорил сам Орлов после возвращения из Москвы, где ему в Кремле вручал последний орден «За службу Отечеству» Первой степени Председатель Верховного Совета СССР А. А. Громыко, это не его личные награды, а награды всего коллектива части.
Пауза в разговоре несколько затянулась, и Сергей, набравшись храбрости, спросил командира, откуда он знает? Ведь разговор о его командировке за границу состоялся вчера вечером.
Командир, усмехнувшись, ответил:
— Ишь, чего захотел, так я тебе и сказал, вот когда станешь командиром части, тогда и узнаешь, как я это узнал. Ладно, езжай в свою Ливию, грейся на солнышке, знакомься с Исламом, я все равно скоро на дембель буду собираться, так что мне в принципе все равно, кто теперь здесь будет энергохозяйством руководить. Иди, скажи начальнику строевой, что я дал команду оформлять на тебя бумаги, и пусть не тянет, они там, наверху, торопят.
Мартынов вышел из кабинета командира и только тогда обнаружил, что он весь мокрый от пота. Столько лет знаешь человека, но все равно, заходя к нему в кабинет, ждешь чего угодно в любой момент.
