– Если бы только он! Он заварил кашу – ему и отвечать! Но из-за него умерли там, в Тунисе, его старший сын и невестка. И выживший второй сын привез из этого похода три гроба.
– Он что, и женщину взял туда?!
– Да, всех потащил за собой. В могилу. Так что в Эг-Морт они живыми не вернулись.
Серж меланхолично отпил из хрустального бокала и, не спеша, поставил его на стол.
– «Мертвая вода», – произнес он. – Название оказалось пророческим…
Вид за окнами машины был странным, не похожим ни на что из того, что Ане приходилось видеть раньше. Прежде ей даже не пришло бы в голову, что во Франции могут встретиться такие места. Она вспомнила давние слова Сержа: «Такова Франция: разнообразием ландшафтов она бьет любую другую страну Европы, что и делает ее такой красивой».
И вот сейчас, глядя на окружающий пейзаж, Аня в который уже раз убедилась в справедливости его слов. Вокруг простиралась ровная местность, изрытая бесчисленными каналами и протоками, буквально испещренная озерами, озерцами и прудами. Всюду поблескивала вода. Насыщенная влагой, покрытая сочной зеленью земля образовывала более или менее узкие перемычки между бессчетными водоемами. Перемычки эти напоминали дамбы или запруды, и по ним шло шоссе, по которому они ехали, зачастую имея и справа, и слева от себя зеркало воды.
Чувствовалась близость моря: специфический, совершенно особый привкус морской соли в воздухе и свежий бриз, который врывался в салон машины через окно с приспущенным стеклом.
А скоро море явилось зримо. Вдалеке, у линии горизонта, показалась ярко-синяя полоска, вклинившаяся между небом и землей.
– Лагуны, – заметил Макс, глядя туда. – Море тут совсем рядом.
– Странные места, – отозвалась Аня. – Я таких никогда еще не видела.
– Почему странные? – возразил Макс. – Я как раз видел похожие.
– В самом деле? – заинтересовалась Аня. – Где же это?
– На Азовском море, – ответил Макс, – где я побывал в нежные юные годы.
– То есть лет, пожалуй, сто тому назад, – съязвила Аня. – Понятно.
– Да уж, – не обиделся Макс. – Жестокое время оставило на мне свою отметину.
И он рассмеялся. Аня улыбнулась и подумала, что он определенно стал лучше, потому что начал спокойно воспринимать ее шутки, без детской обиды, понимая, что она не хотела его как-то задеть. Просто у нее такая манера противная, с подкалыванием. И она ничего не могла с этим поделать! И еще стало заметно, что он как будто перестал бояться оказаться в глупом положении, в нем появилась уверенность. Нет, не самоуверенность, которая, по убеждению Ани, всегда говорит об ограниченности, а именно уверенность в себе. И это было естественным следствием того, через что они вместе прошли в последние две недели. Рядом с Аней был сейчас зрелый мужчина, на которого действительно можно было положиться, и в этом Аня смогла убедиться. Мысленно она вновь поблагодарила Сержа за эту возможность. Поистине, это стоило прерванных каникул! И даже всего прочего.
– Извини, – сказала она Максу, – это была глупая шутка. Так что ты говорил насчет Азовского моря?
– Я еще ничего, собственно, и не успел сказать, как ты перевела разговор на мою малоинтересную персону.
– Ладно, Макс! Не ерничай!
– Ну так вот. – Он вздохнул и продолжил: – На Азовском море много вот таких лагун – там их называют лиманами.
– Лиманы. Да, я слышала это слово. Говоришь, похоже?
– Ну, в общем, да. Я там был две недели с родителями.
– И как?
– Как вспомню, так вздрогну.
– Почему?!
– Комары. Просто тучи комаров. Почему-то с ними никак не боролись. И если днем еще ничего, то по вечерам находиться на улице было совершенно невозможно и приходилось сидеть дома. Дикость. Тогда, когда наконец-то становилось попрохладней, вот тут бы и побыть на открытом воздухе, подышать. А мы сидели в доме, с закрытыми форточками. И все равно комары проникали внутрь, каждую ночь мы вели с ними сражения. Жуть! Эти лиманы – настоящий питомник для комаров!
– Да, тяжелое у тебя было детство, – вздохнула Аня. – Думаешь, здесь то же самое?
– Сомневаюсь. Тут сильный бриз с моря. Не очень налетаешься!
– Ясно. А что пишут об этих местах? – спросила Аня, кивнув на ноутбук, который Макс держал у себя на коленях. – Ты ведь об этом читаешь?
– Нет, – ответил Макс. – Об этом я уже прочел. Но могу вернуться. Так. Эта местность называется Камарг. Расположена в дельте Роны. Озерно-болотистый ландшафт.
– Это мы и так видим.
– Ну да. Что еще? Природный резерват. Гнездовье розовых фламинго.
– Вот даже как.
– Ага. Рисовые поля.
– Рисовые? – удивилась Аня. – Вот бы никогда не подумала, что во Франции выращивают рис! У меня рис всегда ассоциировался с Китаем, Вьетнамом. Ну с Японией.
– У меня тоже. Неожиданно как-то. Вот, пишут, что главным производителем риса в Европе является Италия. Оба-на! А я думал, Италия – это кьянти и оливковое масло! Так нет же! А уж Франция…
– Вот, смотри! – перебила Аня. – По-моему, это и есть рисовые поля.
Макс оторвался от экрана ноутбука и посмотрел по сторонам. Кругом простирались поля, залитые водой. Странное и непривычное зрелище, которое оба видели впервые.
