Пьесы полностью

Бэргойн(подняв голову и увидя Джудит). Что это за женщина?

Сержант. Жена подсудимого, сэр.

Суиндон(нервничая). Она просила меня разрешить ей присутствовать, и я подумал…

Бэргойн(договаривая за него, с иронией). Вы подумали, что это доставит ей удовольствие. Понятно, понятно. (Мягко.) Подайте стул даме и устройте ее по возможности удобнее.

Джудит. Благодарю вас, сэр. (В благоговейном ужасе приседает перед Бэргойном, который отвечает величественным наклоном головы.)

Суиндон(Ричарду, резко). Ваше имя, сэр?

Ричард(с добродушным озорством). Полно вам! Что ж, вы меня привели сюда, даже не зная, кто я такой?

Суиндон. Форма требует, сэр, чтобы вы назвали свое имя.

Ричард. Ну, если форма требует, то мое имя Антони Андерсон, я священник пресвитерианской церкви.

Бэргойн(с интересом). Вот как! Скажите, мистер Андерсон, в чем суть вашего учения?

Ричард. С удовольствием изложу вам, если у нас хватит времени. Для полного вашего обращения мне потребуется не менее двух недель.

Суиндон(обрывая его). Мы здесь не для того, чтобы обсуждать ваши убеждения.

Бэргойн(с изысканнейшим поклоном в сторону злополучного Суиндона). Принимаю ваш выговор.

Суиндон(смутившись). Но я не вам, я…

Бэргойн. Ничего, пожалуйста. (Ричарду, крайне вежливо.) У вас есть политические убеждения, мистер Андерсон?

Ричард. Насколько я понимаю, мы собрались здесь именно для того, чтобы это выяснить.

Суиндон(строго). Вы намерены отрицать, что вы мятежник?

Ричард. Я американец, сэр.

Суиндон. Что, по-вашему, я должен думать после такого заявления?

Ричард. По-моему, солдатам вообще думать не полагается, сэр.

Суиндон(позеленев от злости). Арестованный, предлагаю вам воздержаться от дерзостей.

Ричард. Ничего не поделаешь, генерал. Если вы решили повесить человека, вы тем самым даете ему в руки преимущество. Зачем мне быть с вами вежливым? Все равно — семь бед, один ответ.

Суиндон. Вы не имеете права утверждать, будто у суда имеется заранее принятое решение. И потрудитесь не называть меня генералом. Я майор Суиндон.

Ричард. Тысяча извинений! Я полагал, что имею честь беседовать с Джонни-джентльменом.

Бэргойн(с отменной любезностью). Кажется, Джонни-джентльмен — это я, сэр, к вашим услугам. Друзья обычно зовут меня генералом Бэргойном.

Надеюсь, вы, как джентльмен и человек разумный, несмотря на ваше призвание, поймете, что если мы будем иметь несчастье повесить вас, это произойдет исключительно в силу политической необходимости и военного долга, без малейшего личного недоброжелательства с нашей стороны.

Ричард. Ах, вот как? Это, разумеется, совершенно меняет дело.