Пьесы полностью

Полицейский уводит Оскара.

Этот господин Оскар — закоренелый грешник!

Секретарь суда. Но, возможно, это и в самом деле было убийство в состоянии аффекта.

Следователь. Да, возможно, это убийство в состоянии аффекта! Но в данном случае блажен, кто не верует. (Пауза.) В последние три года, с тех пор как появились миллионы безработных и великое множество маленьких людей потеряли все, число совершаемых преступлений сильно возросло. Люди уже больше не знают, что им делать. Им можно посочувствовать. Но закон и правопорядок должны по-прежнему соблюдаться.

Секретарь суда. Многие, разорившись, присоединяются к; национал-социалистской партии, которая и не имеет никакого политического лица, но в силу большой безработицы и нужды становится день ото дня многочисленнее.

Следователь. Да-да! Положение угрожающее!

Полицейский пропускает швейцарца.

Швейцарец. Мое почтеньице!

Следователь. Здравствуйте… Вы специалист по оружейному делу?

Швейцарец(с сильным иностранным акцентом). Так точно! Я самый.

Следователь. Сколько времени вы работаете в мастерской фрейлейн Юлии?

Швейцарец. Семь месяцев. Это вы сами, наверное, знаете и наверняка знаете обо мне еще и многое другое.

Следователь. Скажите мне: где вы были в понедельник в шесть часов вечера? Я имею в виду ровно в шесть часов.

Швейцарец. В мастерской, разумеется.

Следователь. Так-так… Что вы думаете об убийстве Молитора?

Швейцарец. Одним меньше! Разумеется, это меня радует.

Следователь. Так-так… Почему же это вас радует?

Швейцарец. Это очень хорошо, что на земле стало одним пресмыкающимся меньше.

Следователь(показывая ассигнацию). Мы нашли в вашей мастерской эту фальшивую ассигнацию в пять марок.

Швейцарец. Я сделал ее забавы ради. Однако материал обошелся мне дороже, чем в пять марок.

Следователь. Опасная забава для человека, который живет в доме, где находится полицейский участок.

Швейцарец. Наоборот. Нигде не чувствуешь себя так безопасно, как в доме, где полицейский участок. Потому что полицейские думают, что преступник не поселится в доме, где находится полицейский участок.

Следователь. Так-так… Вы знаете, кто убил Молитора?

Швейцарец. Этого я вам, конечно, не скажу.

Следователь. Почему же? Вы можете подвергнуться наказанию за отказ говорить.

Швейцарец. Меня это не волнует.

Следователь(показывая письмо). Мы перехватили ваше письмо. Вы пишете своему другу в Испанию, что всех премьер-министров на свете, всех миллионеров, всех ростовщиков надо прикончить.

Швейцарец. Да, таково мое мнение.

Следователь. Так-так… Я велел конфисковать книгу Бакунина, обнаруженную у вас в комнате. Вы кто, анархист?

Швейцарец. Разумеется.

Следователь. Вы изготавливаете в мастерской фрейлейн Юлии и бомбы?

Швейцарец. Разумеется. Это входит в мои обязанности.

Следователь. Вы считаете, что на свете будет производиться больше товаров и они будут разумнее распределяться, если в Вюрцбурге убьют одного старого ростовщика?

Швейцарец. От болтовни в парламенте производство товаров уж наверняка не возрастет.

Следователь. Вы убили Молитора?

Швейцарец. Возможно. Во всяком случае, мне делает честь, что вы принимаете меня за убийцу.

Следователь. Убили вы его или нет?

Швейцарец. Это ваша обязанность выяснить, убил этого ростовщика я или кто-нибудь другой. Однако надеюсь, что вам это не удастся.

Следователь. Вы играете сейчас в опасную игру. Поскольку, кроме господина Оскара и господина Фалькенауге, никто в доме Молитора не был, то помимо их двоих можно заподозрить только вас.

Швейцарец. Это точно. Я сам удивляюсь, что вы меня все еще оставляете на свободе; я давно уже мог скрыться.

Следователь. Вы живете здесь под чужим именем. (Показывает папку.) В этой папке находится копия судебного протокола, присланного мне государственной прокуратурой Цюриха. Пять лет назад вы протянули где-то между Цюрихом и Берном проволоку через шоссе, чтобы остановить машину и ограбить, угрожая револьвером, ее хозяина, англичанина. Вас приговорили к трем годам тюрьмы… Что вы можете на это сказать?

Швейцарец. Разумеется, я горжусь этим.

Следователь. Так-так… Стали ли бы вы так же гордиться тем, что убили Молитора?

Швейцарец. Конечно!

Следователь. Однако в тюрьме сидит человек, подозреваемый в убийстве Молитора. Его могут приговорить к пожизненному заключению. Неужели вас не мучает совесть, что этот человек, возможно невиновный, должен понести кару за преступление, совершенное вами.

Швейцарец. Своя рубашка ближе к телу, верно?