Пьесы полностью

Коукс. Не сойти мне с этого места! Клянусь преисподней, я все растерял на этой ярмарке. Поверите ли, даже знакомых растерял! Кстати, мистер Литлуит, вы не встречали кого-нибудь из них? Ну, скажем, слугу моего, Нампса, или сестрицу, миссис Оверду, или мисс Грейс? И вот еще что, мистер Литлуит, одолжите мне хоть немного денег, мне хочется посмотреть эту пьеску, я вам верну, ей-богу верну, клянусь честью джентльмена. А то, если хотите, проводите меня домой, у меня дома денег достаточно.

Литлуит. К вашим услугам, сэр. Крона вас, вероятно, устроит?

Коукс. Да, я думаю. Сколько здесь платят, голубчик?

Филчер. По два пенса, сэр.

Коукс. Вот тебе двенадцать, дружище. Как бы я сейчас ни выглядел, а я благородный человек. У меня и слуги есть. Ты еще увидишь меня во всем блеске!

Литлуит. Слугу вашего я только что видел в колодках.

Коукс. Как! Нампса?

Литлуит. Да, ей-богу!

Коукс. Да за что же, господи? Впрочем, в данную минуту я даже рад этому. Он бы мне только мешал. У меня без этого немало хлопот. Но вообще-то потом, пожалуйста, напомните мне о нем, надо его все-таки вызволить. Что это за пьеса, мистер Литлуит? И хорошие ли у вас актеры?

Литлуит. Все наши актеры малыши, сэр; и старые и молодые-все малыши. А вот и их хозяин.

Лезерхед(тихо Литлуиту). Не называйте меня при нем Лезерхедом, а называйте по прозвищу — Фонарем.

Литлуит. Вот господин Фонарь, освещающий все наше дело.

Коукс. Очень приятно, сэр. В добрый час! Я бы рад познакомиться с вашей труппой, да и выпить с актерами не прочь. Как здесь у вас пройти за кулисы?

Лезерхед. По правде говоря, сэр, у нас за кулисами тесновато. Мы ведь, знаете, только начинающие, новички, так сказать, уж простите нас. Ну и кулисы пока маленькие. Вам, пожалуй, не согнувшись в три погибели, туда и не пролезть.

Коукс. Да неужели? Даже сейчас, когда я без шляпы, я кажусь таким высоким? Эх, что бы вы сказали, если бы поглядели, каким я был сегодня утром, в шляпе с перьями! Кстати, что это я не вижу тут мальчишек, подающих скамейки, табак и пиво? Они такие забавные и нахальные и так ловко выпрашивают деньги; во всех домах они есть. И потом познакомьте меня с кем-нибудь из ваших актеров.

Литлуит. Покажите их ему, дружище. Этот благородный юноша настоящий покровитель искусства!

Оверду(в сторону). Склонность к этому непристойному увеселению губит всех юношей, это зловредное и безобразное занятие.

Коукс. Как! Разве они живут в корзинке?

Лезерхед. Они лежат в корзинке, сэр! Ведь они маленькие!

Коукс. Так это и есть ваши актеры? Вот эта мелюзга?

Лезерхед. Актеры, сэр, и еще какие! Не хуже других! Правда, они годятся только для пантомимы, но я говорю за них всех.

Коукс. Интересно, и управляетесь за всех? Не удивительно. Я думаю, что любой портной мог бы управиться со всей труппой одной рукой.

Лезерхед. Ну да, а потом скушать их всех, будь они пряничные!

Коукс. Спасибо вам, мистер Литлуит. Славная штука! Ну, а кто у тебя здесь Бербедж?[356]

Лезерхед. Что вы имеете в виду, сэр?

Коукс. Ну, ваш лучший актер, ваш Филд?[357]

Литлуит. Ловко сказано, ей-богу! Вы славно острите, мистер Коукс! Можно сказать, не отстаете от меня!

Лезерхед. Вот наш лучший актер, сэр, он играет Леандра. Женский пол его обожает, особенно веселые девицы — очень уж он трогательно играет. А вот это — красавица Геро; а этот бородатый — Дамон, а этот красавчик — Пифий; а это — призрак царя Дионисия в одежде писаря. Ну, да все это вы потом увидите на сцене.

Коукс. Что ж, премилая компания! Мне они очень нравятся! Главное, что они не задирают нос, не глумятся, ни в чей огород шуточек не отпускают, как все большие актеры, и притом их ни угощать, ни вином поить не приходится, как всех прочих! Так что знакомство с ними обходится недорого. Но как они играют? Не сбиваются? Не путают ролей?

Лезерхед. Нет, сэр, тут уж я должен сказать, благодаря моему трудолюбию и ловкости они хорошо сыгрались. Вот смотрите-ка, юный Леандр, хоть он ростом всего в несколько дюймов, а головой мотает, как заправский конь.

Коукс. Но какую же это пьесу вы тут играете? Ту самую, какую я в книжке читал?[358]

Лезерхед. Ни в коем случае, сэр!

Коукс. То есть как это так?

Лезерхед. Мы знаем, что делаем. В книжных пьесах слишком много ученых слов и поэзии, это не для нашей публики! Ну, разве они понимают, что такое Геллеспонт? Или что значит: «виновник крови истинной любви»? Или там Абидос, Сест и все такое?

Коукс. Ты прав, таких слов я и сам не понимаю.

Лезерхед. Ну вот. Я, можно сказать, упросил мистера Литлуита потрудиться и сделать эти пьесы более доступными для нашей публики.

Коукс. То есть как это? Объясните, пожалуйста, добрейший мистер Литлуит!