Пьесы полностью

А х т и с е н ь к а. Что?

Н а с т е н ь к а. Отдаешь все, что обещала?

А х т и с е н ь к а. Ничего подобного! И как тебе не стыдно! Это Пьер учил меня дышать.

Н а с т е н ь к а. А я когда спросила у папеньки, можно ли уже петь наши романсы, а он когда сказал — можно и «господа» говорить можно, я чуть не умерла — неужели уже? А сердце да! ей-богу, уже Пьер спас папеньку от революции; беги скорей, скорей поблагодари! Милый Пьер! Вы спасли папеньку, да?.. Я хочу вас поблагодарить. Мерси… до гроба! И все, что обещала, тоже до гроба… Научите и меня дышать, Пьер!

К о н д р а т е н к о. Вы и так дышите, как кузнечный мех.

Н а с т е н ь к а. Да? А я и еще сильней умею. Только чтобы сильнее вышло, нужно, чтобы кто-нибудь сказал мне что-нибудь тэт-тэт, милый Пьер. Что-нибудь! И тогда вы увидите, как я дышу… (И уже засопела.)

К о н д р а т е н к о. Нет! Нет! Не нужно! Вам больше к лицу дышать спокойно.

Н а с т е н ь к а. Спокойно? Вот так? (Смотрит на него и дышит.)

К о н д р а т е н к о. Нет! Нет! Спокойней нужно! Тише. Дышите нормально.

Н а с т е н ь к а. Вот так? (Затаила дыхание, вдруг истерически страстно.) Пьер! Милый! Научите меня дышать нормально!

К о н д р а т е н к о. Фу-у! Нормально это так… Да дышите вы так, как всегда дышите, а ну вас!..

А х т и с е н ь к а. Что ты в самом деле пристала? И как тебе не стыдно так дышать? Не дыши так!

Н а с т е н ь к а. А ты сама как дышишь?

А х т и с е н ь к а. Я дышу, как папенька велел.

Н а с т е н ь к а. Врешь! Ты дышишь не так, как папенька сказал. Ты дышишь так, как не папенька велел. Ты дура! Дурында! Дурища!

Тут словно ветром нагнало  Х р о с т е н ь к у  и  А н и с е н ь к у.

Х р о с т е н ь к а. Христька пишет, забожилась отомстить тебе, ой Ахтиська! А Устька маменьке пожаловалась, что ты не даешь ей с Пьером дышать, ага! Милый Пьер! Вы спасли папеньку, да? Я хочу вас тоже поблагодарить и возле вас подышать, можно?

А н и с е н ь к а. Можно? Чтобы подышать возле вас, я тоже хочу вас поблагодарить. Папеньку ведь спасли вы, да? Пьер, милый! С вами дышать всем Ахтисенька не дает, пишет Христька, забожилась отомстить ей! А Устька маменьке пожаловалась уже, а?

К о н д р а т е н к о (уж не знает, что ему и говорить). Фу-у! Пожалуйста… Но я недостоин… Кроме того, это уже черт знает что выходит: жалобы, ссоры и так далее. Вместо того чтобы дышать и передышать тех, вы не даете друг другу и мне дышать!..

Вбежала П и с т е н ь к а:

— Ахтисенька! Настенька! Анисенька и Хростенька! Вы такое тут подняли, что папенька вас кличет. Немедленно!

А х т и с е н ь к а (Настеньке). Ага!

Н а с т е н ь к а (Ахтисеньке). Это тебе — ага!

Х р о с т е н ь к а (Анисеньке). И тебе!

А н и с е н ь к а. Нет, тебе.

Ушли.

П и с т е н ь к а (торопясь). Пьер! Я не могу без вас дышать.

К о н д р а т е н к о. То есть?

П и с т е н ь к а. Я просила, и вы спасли папеньку, но почему-то после этого сдерживаетесь и только снитесь мне. Как вам не стыдно так сдерживаться, мучить меня и себя! Милый! Пьер! Довольно! Я уже третью ночь не сплю, все жду вас, жду, чтобы вы приехали на извозчике ночью и чтобы было тихо, тихо, чтобы даже лошади не дышали и чтобы наконец вы украли меня и бессознательную во весь дух повезли на кладбище в церковь, а потом на край света. Почему же вы не едете, скажите? Ну почему?

К о н д р а т е н к о. Я? На кладбище? На край света? На извозчике? Извините, но это прогимназические, четырехклассные фантазии и химеры. Туман, в котором заблудится лучший извозчик. Вы взрослая девушка. Отбросьте все это, Пистенька!

П и с т е н ь к а. Это моя благодарность — не отбрасывайте ее! Кроме того, вы ведь тоже против революции, хотите убежать от нее и от большевиков? И я тоже. Давно тоже. Еще после того, как они посрывали голубые петлицы, золотые погоны и всю красоту жизни, а всех кавалеров сделали неинтересными, все ходят в солдафонских шинелях, говорят о картошке и ни одного слова о луне. Я не могу и хочу убежать. В Венецию, например, Пьер, где гондолы и гитары! Или в Мадрид, где быки и гладиаторы! Я буду делать цветы из бумаги и продавать, а вы… будете любить только меня и больше ничего. Крадите же меня, милый! Сегодня ночью! Сейчас! Ну крадите же!

К о н д р а т е н к о. Вот тебе и на — карьера на курьерских! Извините, но все это ерунда и чепуха.

П и с т е н ь к а. Крадите, а не то я… вас украду!

К о н д р а т е н к о. Послушайте! Да что вы! Подождите! Что скажет ваш папенька? Я папеньке скажу!..

Вернулась  А х т и с е н ь к а:

— Ничего подобного! Пистька обманула! Папенька не кликал меня. Наоборот, сказал и приказал, чтобы ты (Пистеньке) сейчас ушла и отдельно дышала. Немедленно чтобы! Слышишь?

П и с т е н ь к а  тяжело, ревниво задышала, но отошла.