Пьесы [сборник] полностью

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКИЙ ФРАНЦУЗ(наклонившись так же, как и его жена). Те две, что висят на щиколотке, на правой щиколотке, это какие?..

Пауза.

О! О! Не знал, что у вашей семьи они есть.

Пауза.

Нам будет очень приятно. Ждем вас.

Муж и жена как будто вернулись к себе домой. Выкатывают манекен на середину комнаты.

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКАЯ ФРАНЦУЖЕНКА(оценивающе). Не слишком много света?.. Прикрой немного занавески… так…

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКИЙ ФРАНЦУЗ. Он у них очень красив.

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКАЯ ФРАНЦУЖЕНКА(ядовито). Если бы все зависело только от меня, наш был бы красивее.

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКИЙ ФРАНЦУЗ. Тихо-тихо. Мои предки — мои — тоже кое-что добавили к этому. (Показывает на манекен.) И если бы не я, у тебя получилось бы не больше половины. Я внес половину от своей семьи.

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКАЯ ФРАНЦУЖЕНКА. Ты внес половину от половины своей семьи. А твой брат забрал остальное.

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКИЙ ФРАНЦУЗ. Верно. А ты — только половину от твоей половины. И твоя сестра с зятем забрали остальное.

Входят Г-н и Г-жа Бонёй.

Г-Н И Г-ЖА БОНЁЙ(вместе). О! Это великолепно! (То приближаются, то удаляются, медленно.) Это замечательно!

Г-Н БОНЁЙ(один). Придется далеко идти, чтобы увидеть нечто подобное! На моря? Вскрыть чрево океанов, вырвать оттуда рыбу и кораллы? А после!

Г-ЖА БОНЁЙ. А после тереть себе глаза, покуда под веками не появится песок, а после!

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКАЯ ФРАНЦУЖЕНКА. Но ваш!

Г-ЖА БОНЁЙ. О! Наш… он наш и есть! (Уязвленно.) А вы видели у Триулей?

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКАЯ ФРАНЦУЖЕНКА. Он у меня здесь. Он в поле зрения. (Показывает на подзорную трубу.)

Г-Н БОНЁЙ. Ну и как это выглядит, отсюда?

ОЧЕНЬ ФРАНЦУЗСКАЯ ФРАНЦУЖЕНКА(устраиваясь у трубы, нацеленной в левую кулису). Она все вешает… вешает… вешает… а мы следим… следим… (Мужу, не отрываясь от цели.) Жорж, налей немного кофе Господину и Госпоже Бонёй. Кюльжаки тоже в поле зрения. И я видела там подделки. Даже галстуки-бабочки. А от вас многих видно?

Г-ЖА БОНЁЙ. Многих. Но мы предпочитаем наводить ближе к вечеру, из-за солнца.

Г-Н БОНЁЙ. Галстуки-бабочки! Несчастная родина!

Слышна очень тихая музыка. Возможно, «Тангейзер» или «Жизнь в розовом цвете», очень хочется понять, что это. Ширма в золоте, манекены и персонажи, находившиеся на второй платформе, остаются на месте. Внизу, перед укреплениями, арабы возвращаются на свои места. Вождь, одетый в золото и шелка, ссутулился. Кадиджа тоже здесь. Входит Сэр Гарольд. Он опирается на плечо своего сына, которому примерно лет шестнадцать — семнадцать. Он печален, но полон решимости. Нотабль склоняется перед ним.

СЭР ГАРОЛЬД. Как гласят знаменитые и вечные слова, вы все — вонючие шакалы.

Взрыв смеха — и на стене появляются все вышеописанные персонажи, за исключением Причащающейся. Кадиджа завладевает кулаком стоящего рядом с ней араба и властно запихивает его себе снова в рот. Араб вынимает его обратно.

КАДИДЖА(дрожа). Оставь свой кулак, где он есть, а то как заору.

Араб срочно запихивает свой кулак в рот Кадидже.

СЭР ГАРОЛЬД(продолжает)…Я трудился всю жизнь, чтобы оставить вам, мой сын, в наследство это владение. Ныне же все пошло прахом…

Знамена, а также и персонажи исчезают с верхней части ширмы.