Подведя черту над очередным потоком полумифических размышлений, прошёл в гостиную, успокоить нервы. В очередной раз, решив полюбоваться на коллекцию холодного оружия. Собирать начал недавно, но уже успел приобрести интересные экземпляры. Два средневековых меча достойно смотрелись с рапирами и саблями нового времени. Пусть пока их немного, но душу греют. Смотришь – и чувствуешь, как уходят дневные заботы. Экземпляры во вполне рабочим состоянии, хоть сейчас бери и запускай в дело. Каюсь, по мере возможности, стараюсь регулярно работать с саблей. Мечи и шпаги – к этому я равнодушен, а вот сабля... Новодельными клинками махал ещё в прошлой жизни. Были и тренировочные, и острозаточенные реплики. Нет, настоящим фехтовальщиком тогда не стал, больше упражнялся по тренажёру, чем в спаррингах. Где их взять-то было спарринг-партнёров? Зато теперь, имея деньги, таких найти не проблема. Тем более, что сейчас искусство фехтования ещё не окончательно забыто.
Учителей не ищу: мне оказалась доступна вся память предка. Да-да, того самого Захара Бокова из моего «виртуального турне» по «царской Москве» тысяча пятьсот семидесятого года. Казалось бы, такого быть не может. По логике, просто галлюцинации от гипноза. Ан нет, навыки сабельного боя остались. Теперь пытаюсь выработать у тела правильные рефлексы. На удивление получается. Один нюанс – требуется отключать сознание. Пару раз устраивал показательные выступления. Вообще, могу с копьём, луком, мечом и другими колюще-режущими предметами. Соратники смотрят - рот разинув. Настя с сеструхой моргают восторженными глазами. Вроде мелочь, а приятно – гормоны молодого тела не дремлют. Это что: бывает каждую ночь вижу сны – сцены из бурной жизни опричника Захара. Кровавые сшибки, взятие крепостей, масштабные битвы не за жизнь, а за смерть. А также, пытки, грабежи и разбои… Кровь невинных и жесточайшее покарание виновных… Смотрю, как фильм, отстраняя эмоции, боюсь крыша поедет. Хотя, постепенно привыкаю – все говорят, что мой характер стал гораздо более жёстким и решительным. Думают, что взрослею. Но, я-то знаю откуда ноги растут. Эх, мне бы книги писать исторические про то время. Я ж считай, практически очевидец! Только когда? Кто Россию спасать будет? Пафосно сказал, мда… Ну, так почти все попаданцы её спасают. В разное время – каждый по-своему. Чем я хуже?
Коллекционировать любил всегда. В детстве марки, потом монеты и боны, а в зрелости перешёл на ммг. Массогабаритные макеты настоящего (охолощённого) оружия. Начал с недорогого: ППШ, наган, макаров, ТТ, СКС, мосинка, ППС. Потом, отец умер, маму к себе перевёз – продал родительский дом. Ну, коллекционеры они не от мира сего, потому купил не новую машину, а пополнил коллекцию. С очередной пассией как раз разбежался, на мозги капать было некому. Пьянящий воздух свободы закружил голову – и я расщедрился на пулемёт системы Максим, МП – 40 (в просторечие «шмайсер») и легендарный немецкий маузер (красная 9). Остатка денег хватило на копанный не менее легендарный фашистский МГ-34 и американский Томсон с обгорелым прикладом. Стал заметно беднее, но гораздо счастливее. Каждое приобретение имело свою историю и в основном украинские документы. Ибо наши тупили по страшному, при деактивации уродуя макеты со страшной силой.
Маузер на отечественном рынке стоил дорого. Нашёл нужный на Украине, куда он попал из Германии. У нас тогда был (на одном номере) от ста тридцати тысяч рублей. С незалежной обошёлся в шестьдесят восемь (на разных номерах и с новодельной деревянной кобурой-прикладом). Понятно, контрабандой – плюс сто или сто пятьдесят евро прикормленному таможеннику.
Покидая комнату, я даже не мог предположить, что уже совсем скоро «моя прелесть» спасёт мне жизнь в настоящем кровавом бою.
*****************************************************************************************************
Под утро приснился странный сон. Будто я сижу на крыльце бабушкина дома и щёлкаю грецкие орехи. Завернув их в старую рубашку, осторожно бью молотком по скорлупе, стараясь не повредить ядра. Увлёкшись ностальгическими воспоминаниями, проснувшись, не сразу понял, что означают частые сухие щелчки, раздающиеся с улицы.
Стреляют? Да, ну, нафиг… Гулкий взрыв, от которого показалось, что содрогнулся весь дом, окончательно развеял мои сомнения. У нас, что война?
