Петербургский текст Гоголя полностью

Такое соотношение художественного и нехудожественного в «Прозе» на своем уровне воспроизводит ее связь со «Стихотворениями». Вероятно, по мысли издателей, это близко тому, как понимал процесс творчества автор. В своей программной статье «Несколько мыслей в план журнала» он указывал: «Чувство только порождает мысль, которая развивается в борьбе, и тогда уже, снова обратившись в чувство, является в произведении. И потому истинные поэты всех народов, всех веков были глубокими мыслителями, были философами и, так сказать, венцом просвещения» (Веневитинов, 131). Поэтому в его прозаический сборник друзья включили вещи «переходные»: от непосредственно чувственного отражения действительности в стихах и фрагментах – к ее осмыслению в статьях, а затем – к последующему воплощению «развитой в борьбе» мысли в переводах, отрывках романа. Произведения «Прозы» оказывались причастны и уже воплощенному художественному целому «Стихотворений», и невоплощенному роману, своеобразно их обосновывая и комментируя.

При этом существенно укрупнялся созданный в первой части «Сочинений» тот «полубиографический-полулитературный образ прекрасного юноши, погибшего на двадцать втором году жизни, который должен был вместе с тем явиться образом нового поэта»[434]. Согласно «Прозе», ее автор – не только поэт, но и философ, критик, теоретик искусства, переводчик, ученый и писатель – то есть личность европейского масштаба, что подтверждается переводами, статьей на французском языке и размахом неосуществленного художественного замысла. Причем «Стихотворения» охватывают практически все поэтическое наследие и состоят из трех отделений: данные в хронологической последовательности, датированные стихи 1821–1825 гг., последние стихи 1826/27 г. и переводы Гете. А прозаические вещи не датируются, в их составе нет «собственно художественных» отрывков из романа и некоторых статей. Итак, творчество Д. Веневитинова представало в каждой части его «Сочинений» по-разному: полно, хронологически последовательно в «Стихотворениях», отрывочно, выборочно, ахронологично – в «Прозе».

Это композиционное различие, видимо, также было обусловлено концепцией любомудров. Повторяя одно из ее основных положений, в 1825 г. Веневитинов писал А. И. Кошелеву: «Я вообще разделяю все успехи человеческого познания на три эпохи: эпоху эпическую, лирическую и драматическую. Эти эпохи составляют эмблему не только всего рода человеческого, но и жизни всякого – самого времени» (Веневитинов, 353). Таким образом, первый этап познания – «эпический», когда человек еще находится в изначальном единстве с миром, непосредственно отражая его многообразие в обрывочных формах. На следующем, «лирическом» этапе окружающее воспринимается в основном через формирование отделенного, собственного личностного мира. При этом самопознание осуществляется в присущих личности субъективно-целостных формах отражения. Эти этапы позволяют лишь соединить обрывочные или разрозненные впечатления, а запечатлеть весь мир в его многообразном развитии, объединив познание и самопознание, объективное и субъективное, возможно лишь на высшем, «драматическом» этапе, когда искусство и наука сливаются, как сказано в философском диалоге «Анаксагор», – в одну «науку о человеке».

Почему же начало «Сочинений» не было «эпическим», драматическое представлено только переводными отрывками, а творческий потенциал автора – замыслом романа? Дело в том, что любомудры, как показывают их произведения, считали современность неким промежуточным этапом между заканчивающейся «лирической» и грядущей «драматической» эпохами – временем, когда следует подводить итоги развития, осмысливать его и определять его перспективы, соединив познание и самопознание. По мысли издателей, автор «Сочинений» как поэт и философ отразил суть «лирической» эпохи и потому смог предвосхитить дальнейшую эволюцию искусства. Но это не высший, «драматический» этап, которого ни общество, ни русское искусство в целом пока не достигли. Судя по «Сочинениям», настоящие драматические формы выработаны на Западе – в частности, «олимпийцем» Гете – и лишь переведены (скопированы, отражены, пересозданы) Д. Веневитиновым. На современном этапе в России «лирическое» начинает трансформироваться, включая в себя все больше эпических и драматических элементов, и стремится к синтезу в большой эпической форме, наиболее полно отражающей современность. Поэтому сочетание поэзии и прозы как двух частей «Сочинений Д. Веневитинова» можно истолковать как предварение естественного синтеза искусства и науки, интуитивного и рационального в романе о современной действительности, который предстал «недостигнутой вершиной». Предпосылки такого синтеза издатели постарались обозначить в «Прозе» предельно ясно. В этом они тоже следовали воле ушедшего из жизни Веневитинова, подтверждая положения общей с ним мировоззренческой концепции тем, как отобрали, расположили 12 его вещей.