– Итак, значит Вы, Евгения Леопольдовна, утверждаете, что к вам пришли двое знакомых, – начал Димон. – Они принесли три бутылки водки, которые вы распили вместе. После того, как водка закончилась, один из ваших гостей предложил вступить с ним в половой контакт. На что Вы ответили отказом, сославшись на присутствие в квартире малолетнего ребёнка. Услышав отказ, он не успокоился и подговорил своего приятеля вместе совершить насильственное деяние против Вас. Один, применяя силу, удерживал Вас на кухонном столе в непотребной позе. Другой сорвал с Вас одежду и воспользовался вашим обездвиженным положением. Затем они поменялись местами. При этом Вы чётко видели, что каждый из них перед вступлением в половой контакт пользовался презервативом. После того, как насильственные действия были закончены, оба подозреваемых поспешили покинуть квартиру, прихватив с собой три тысячи семьсот рублей, лежащие в хлебнице рядом с холодильником, и пару использованных презервативов. Всё верно?
– Верно, – согласилась Евгения Леопольдовна.
– Да кто насилует в презервативе?! – возмущался Лёня.
– Евгения Леопольдовна, Вы уверены, что это было именно изнасилование? Может всё-таки это был половой акт по взаимному согласию? – спросил Димон.
– Ты что – дебил? – удивилась жертва.
– Ты совсем охренела, мразь! За такие слова ответить можно!
– Больно слышать правду? – спокойно спросила она.
– Давай ей дури подкинем, скажем, что сама обдолбалась и сочинила какую-то хрень про изнасилование, – предложил Лёня.
– Что ты несёшь? У тебя понятые тут стоят.
– А они никому не скажут, – сказал, посмотрев в нашу сторону Лёня.
В этот момент из квартиры раздался громкий детский плач, и в коридоре появился мальчик лет четырёх. На мгновение он затих, уставившись на толпу незнакомых людей, но потом плач возобновился с удвоенной силой.
– Суки! Ребёнка разбудили, – возмутилась потерпевшая.
Она схватила ребёнка на руки и, приговаривая: «Мама здесь, Серёжа, мама здесь!» – исчезла в глубине квартиры.
– Итак, ставим подписи вот тут, – обратился к нам Димон.
– А что мы подписываем? – спросил сосед.
– Не важно, что, главное молча, – ответил представитель закона.
Вовка и сосед предпочли беспрекословно подчиниться. Через полминуты мы стояли на улице. На душе было неприятно, словно нам не повезло вляпаться в кучу дерьма. Мы постарались как можно скорее забыть об этой истории.
6
– Может свалить отсюда? – предложил Вовка.
– А чего ты испугался?
– Ну, мало ли…
– Да хорошая девчонка! Не без странностей конечно, ну да кто в наше время абсолютно нормальный.
Я видел, что Вовка сомневается, так что пришлось добавить решающий аргумент:
– У неё есть бухло, не забывай об этом.
С этим аргументом спорить было бессмысленно. Мы вернулись в квартиру, где застали всё также мирно похрапывающего Даника и возмущённую Женю.
– В чём дело? – спросила она.
– Всё в порядке, просто ходили покурить на балкон.
– Без меня! – возмутилась Женя и жалостливым голосом добавила. – Друзья так не делают.
Под монотонный хрип Даника мы продолжили банкет.
– А мы уже встречались раньше, – ляпнул Вовка, после нескольких стопок.
– В смысле? – спросила Женя.
– Два года назад. Не помнишь?
– При каких обстоятельствах?
– При сомнительных обстоятельствах.
– Не тяни коня за яйца!
– А если подумать? – издевался Вовка.
– Не беси меня, говори!
– Ладно, ладно. Вот подсказка – здесь было много полиции.
– Здесь часто бывает много полиции. Говори точнее!
– Ты была очень пьяна.
– Это моё обычное состояние.
– Что ещё? – задумался Вовка. – Все искали маленький элемент мужского гардероба.
– Кончай!
– Именно! В него обычно кончают! – засмеялся Вовка.
– Ладно, хватит! – вмешался я. – Дело было так…
Я рассказал всё, что мы видели тем вечером. Женя слушала очень внимательно, ни разу не перебив. Её лицо оставалось неподвижным, только глаза из пьяно-пространственных становились всё более осмысленными.
– Зачем ты подписал бумагу? – спросила она у Вовки, когда я закончил рассказ.
– Так они сказали…
– Ты видел, что подписываешь?
– Было некогда…
– Ты мне жизнь испортил, козлина! – налетела она на Вовку. – Убирайся вон!
Она, неистово матерясь, пыталась пнуть обидчика. Я стоял между ними, стараясь уладить неожиданный конфликт. Вовка испуганно и не очень умело оправдывался. Даже Даник перестал храпеть и приоткрыл заспанные глаза, тут же получив затрещину от Жени, зачем-то переключившейся на него.
Ошеломлённый Даник, что-то бормоча, направился в коридор и схватился за обувь. Мы последовали его примеру. Пока Вовка натягивал ботинки, на него продолжал сыпаться град шлепков от хозяйки квартиры. Я настаивал на мирном разрешении конфликта, но мои справедливые доводы оставались без внимания.
Женя открыла дверь и поочерёдно вытолкала за порог Даника и Вовку. Когда я хотел проследовать вслед за ними, дверь захлопнулась, едва не коснувшись кончика моего носа.
– А я?
– А ты остаёшься!
– Нет уж, я тоже пойду, – пытался я вяло сопротивляться.
– Ты же не оставишь расстроенную девушку одну, – она резко переменила тон.
– Ладно, ещё посижу, – капитулировал я. – Но только полчаса.
7
