Лишь к ночи смог успокоиться и решить чем занять Радалию, как отвлечь ее от поиска моего логова, а также Тимиола от мысли провести романтическую ночь под звездным небом. Давно припасенные свитки, которые Рада в свое время спасла от пожара в императорской библиотеке, отдал Югани, которому предстояло придумать, как они окажутся у невесты. Пусть занимается мастером Угаи и его творчеством. Все хоть больше пользы для культурного наследия нации.
Фаер же отчитался, что купил дочери и ее жениху путевку на курорт. Я улыбался, сидя на диване в своей гостиной, любовался танцем пламени и радовался маленькой мести своему, ничего не подозревающему сопернику. Будет знать, как обниматься с моей невестой, когда своя есть. И вот Радалии из-за меня пришлось отменить свою поездку к Высокой горе. Зато она сорвалась на побережье океана. Я, конечно же, отбыл вслед за ней. Югани был весьма рад организовать своей семье небольшой пляжный отдых.
Прохлада ресторана, вкусные блюда из морепродуктов, пенное пиво. Я наслаждался закатом, тем, как лучи солнца окрашивали в малиновый цвет волосы Радалии. И вдруг она на миг пропала, а появилась в алом традиционном платье, лежащей навзничь.
Я бросился к ней, Югани еле успел меня остановить, не дав добежать до любимой несколько метров.
— Корион, стой, стой, — нашептывал кузен, отталкивая меня в глубь ресторана.
Я и сам понимал, что, наверное, зря переволновался. Но тревога за невесту всколыхнулась так сильно, что ослепила. А когда немного успокоился, то увидел по ауре, что Рада просто спала. Югани кивнул начальнику стражи, который подозвал старика и приказал ему проверить девушку.
Мы все замерли, когда старик сначала позвал Раду, а затем, когда она не открыла глаза, потрогал за плечо. Наконец моя любовь проснулась и села. Слаженный вздох облегчения огласил ресторан. Тамила погладила меня по плечу, предлагая воды. Я сел за столик, поблагодарил жену кузена за ее беспокойство. Перенервничал. Опять… Такими темпами я долго не выдержу. Это прекрасно осознавал я сам и Югани тоже.
— Давай дадим ей доступ к горе? Так хоть займется делом и нам спокойнее, а? — предложил кузен, а я кивнул.
Да, надо занять ее чем-то, чтобы не шлялась одинокой тенью ища неприятности, а так хоть при деле, и голова будет занята. Логово все равно не найдет.
— А если найдет сундук с украшениями, и совсем из дома не выйдет, пока все не перемеряет, — тихо добавила Талина, а мы с кузеном воззрились в изумлении на мудрую женщину.
— У моего кузена жена не только красива, но и умна, — похвалил я ее, отмечая, как красивый румянец лег на нежную кожу женских щек.
— Владыка мне льстит, — жеманно улыбаясь возразила Талина.
— Владыка льстить не умеет, — ответил в тон ей и приказал Югани заканчивать с трапезой. Идея с сокровищем была весьма кстати. Пора бы уже приучать невесту к богатству.
К экспедиции невесты мы с кузеном подошли весьма тщательно. Она наняла отличную команду, состоящую из людей, наследников драконьей крови, которые покинули пещерный город много лет назад, начав новую жизнь в городе Оронг. За каждого кузен готов был отвечать головой. Отличная военная подготовка, преданность мне лично и верность драконам была неоспорима. Я мог спокойно доверить им мою невесту. Основная задача, легшая на плечи этих мужчин, состояла в том, чтобы как можно дольше оттягивать открытие пещерного города, а также следить, чтобы Агашет не тянул свои лапищи к моей Радалии. Мне, увы, порой приходилось отлучаться в столицу вместе с Югани. Вопросы государственной важности отрывали меня от любования Радой. Я не мог не отметить, как она расцветала, становилась с каждым днем все прекраснее и желаннее. Она, словно огненный цветок, раскрывала свои лепестки для меня, тянулась к солнцу. Ее драконья суть чувствовала меня, и я вынужден был уходить, чтобы не выдать себя. Радалия злилась, и я не мог не реагировать на это. Хотелось вернуться, обнять, прижать к себе, усадить на колени и поцеловать. Сделать ее своей женой, в конце-то концов. Пытка ожиданием начала подтачивать мои нервы.
Тимиол ходил по краю. Каждый его порыв обнять Раду вызывал во мне взрыв неконтролируемой злости. А когда они с Радой оказались в пещерном городе, и Агашет опять признался ей в любви, я слетел с катушек. Не мог я видеть его, прижимающего к себе мою любимую. Пришел в себя, когда услышал хрип Югани, которого я чуть не придушил за то, что посмел остановить, не дав мне в образе дракона добраться до надоевшего смертного. Пещера была погружена во мрак. Моя тьма вырвалась на свободу, и приходилось сдерживать ее, чтобы не тронула свет моей любимой. Хотя моя сила для нее безвредна, как и ее свет для меня, а вот Агашету… Я облизнулся, представив, как откушу ему руки.
— Корион, — прохрипел Югани подо мной.
Я недовольно клацнул зубами. Эх, такое веселье остановил.
— Рада, тут кто-то есть, — пискляво кричал друг моей храброй крошки, которая решительно поднималась к своду, чтобы восстановить освещение.
