— Да, конечно! — Гарри взглянул на него несколько оскорблено, и, достав из-за пазухи пергаментный свиток, язвительно добавил: — Только не снимайте с меня баллы, профессор!
Люциус хмыкнул, сейчас же прижав к губам кулак, потому как Снейп окатил его ледяным взглядом.
— А где?.. — робко обратился к Гарри оставшийся в комнате мракоборец.
— О, он решил осмотреться и поискать МакКиннона, — ответил Гарри, сообразив, что тот спрашивал его о своём напарнике.
Мракоборец только кивнул и отошёл в сторону.
— Ну, так и чьи же там подписи, мистер Поттер? — Люциус указал взглядом на свиток. — Не томите нас!
— Я и сам ещё не успел посмотреть, — Гарри торопливо начал разворачивать пергамент и, предвосхищая уже готовый сорваться с беспокойно дрогнувших губ Снейпа вопрос, добавил: — Да, я убедился, что он принадлежит Мальсиберу, профессор!
По лицу Снейпа прокатилась судорога, но он ничего более не сказал.
Наконец Гарри раскрыл свиток и принялся читать его. Люциус, Снейп и Гермиона обступили его, тоже уставившись в текст, содержавший будничное описание процедуры проверки трупа, что, судя по всему, было лишь формальной заготовкой, которая переписывалась от раза к разу в каждое следующее свидетельство. В конце этого лживого опуса шла подпись служившего в то время в Азкабане колдомедика, явно, теперь уже, подкупленного, сколь и бесполезного, ввиду его собственной смерти, а также две другие: одна принадлежала некому мистеру Дорни, а вторая… Фрэнку МакКиннону.
— Ах, ну и кто после всего этого снова попробует выставить меня безумцем с манией преследования?! — в сердцах, воскликнул Люциус.
— Не может быть, — выдохнула Гермиона, отходя в сторону и мотая головой. — Просто невероятно… Никому нельзя верить!
Встревоженный, очевидно, воплем Люциуса, в морг снова вбежал колдомедик.
— Я вынужден просить вас быть тише, — в голосе его на этот раз прозвучало раздражение, — Мои пациенты уже спят… Быть может, они и преступники, но всё-таки люди, которым тоже нужен отдых…
— Простите, — Гарри подпрыгнул к нему в ту же секунду. — Но не могли бы вы сказать нам, продолжает ли в Азкабане нести свою службу некий мистер Дорни?
Доктор взглянул на Гарри с изумлением. После чего возмущение его понемногу утихло, и он сощурил глаза.
— Дорни? Хм, что-то знакомое, — пробормотал он. — Однако я, честно говоря, не знаю здесь никого с такой фамилией…
— Возможно, он ушёл отсюда два года назад или чуть позже, — не отступал Гарри. — Вы здесь, конечно, недавно — с прошлой осени… Но быть может, другие стражники обсуждали кого-то с такой фамилией?..
— Дорни, Дорни, — доктор в задумчивости похлопал указательным пальцем себе по губам. — Ах, кажется, была какая-то история о стражнике, уволившимся отсюда чуть больше года назад… Его тогда ещё распределили в Эдинбург, в тамошнее отделение мракоборцев, после чего отправили на дело… Что-то связанное с очередными беглыми эльфами: дом, в который он прибыл по подозрению о жестоком обращении, был, кажется, подожжён. Очевидно, эльф не смог смириться с тем, что предал своего хозяина и решил покончить жизнь самоубийством… Так вот, этого человека, если мне не изменяет память, и звали Дорни.
Гарри обратил на остальных многозначительный взгляд.
— Спасибо, что уделили нам время, — произнёс он, учтиво улыбнувшись колдомедику.
— Могу ли я чем-то ещё помочь вам? — полюбопытствовал тот.
— Да, — сказал Люциус, подходя к нему и натягивая на лицо любезную улыбку, — вообще-то можете. Нам к несчастью уже пора, но мы были бы вам очень признательны, если бы вы сохранили это тело, — он указал на Кербероса, — в целости и сохранности до прибытия сюда министра магии, не позволяя кому бы то ни было трогать его или совершать с ним какие-либо магические и немагические действия.
— Министр? Приедет сюда? — обомлел доктор.
— Именно так, — подтвердил Гарри. — Полагаю, уже утром.
— И если вы сделаете для нас то, что мы просим, — добавил Люциус. — То, будьте уверены, мы не останемся в долгу. Мистер Бруствер будет обязательно осведомлён о ваших… самоотверженных действиях.
— Конечно. Вы можете на меня положиться, — кивнул тот, не спуская больше с Люциуса глаз.
— Спасибо вам, — улыбка его стала ещё шире, и он протянул колдомедику руку, которую тот с охотой пожал.
— Полагаю, мне стоит остаться тут на ночь, — раздался за их спинами голос мракоборца, о присутствии которого на некоторое время все забыли. — До приезда Кингсли, по крайней мере…
— Конечно! — сказал Гарри, он быстро пересёк комнату и тоже протянул ему руку. — Спасибо за всё. И… я сочувствую, что вам пришлось возиться там в этой жиже.
— Такая уж у нас работа, не так ли? — усмехнулся тот.
— Я обязательно скажу ему, о том, что вы сделали, — кивнул Гарри, и мракоборец лишь устало махнул им вслед рукой.
***
