Но начать писать не так просто – необходимо выбрать сюжет, найти либретто. После знакомства с Островским молодой композитор мечтал видеть его в качестве будущего либреттиста, тем более уже несколько лет хотел написать оперу по его пьесе «Гроза». От этого замысла, правда, пришлось отказаться – к моменту знакомства с Островским либретто «Грозы» уже было отдано композитору Владимиру Никитичу Кашперову. Осенью 1866 года драматург предложил Чайковскому другую свою пьесу – комедию «Воевода. Сцены из народной жизни XVII века (Сон на Волге)», написанную относительно недавно – в 1865 году.
В ожидании обещанного либретто Чайковский по просьбе Островского пишет два музыкальных номера для постановки его драматической хроники «Дмитрий Самозванец и Василий Шуйский» на сцене Малого театра – Интродукцию и Мазурку. Премьера состоялась 30 января 1867 года. Она стала дебютом для Чайковского на театральной сцене – и первым опытом сотрудничества с Островским.
В начале марта 1867 года Чайковский получил от драматурга либретто первого действия и первой картины второго действия «Воеводы» и приступил к работе над эскизами. Однако случился конфуз – композитор потерял рукопись Островского с либретто: «Про себя сказать хорошего нечего. Всю прошлую неделю прохандрил, чему причиною следующие три обстоятельства: 1) дурная погода, 2) безденежье, 3) утрата всякой надежды найти потерянное либретто»[234], – сообщал композитор брату Анатолию.
В июне Александр Николаевич восстановил утраченные тексты, но вопреки просьбам композитора далее писать либретто он не стал – его в итоге составил сам Чайковский. Партитура оперы была завершена к середине лета 1868 года. Но уже в декабре 1867 года (за полгода до окончания сочинения) во Втором симфоническом собрании РМО под управлением Николая Рубинштейна прозвучал оркестровый фрагмент «Воеводы» – Антракт и Танцы сенных девушек. Вскоре этим же эпизодом продирижировал сам Чайковский. Это был концерт в пользу пострадавших от неурожая и первое выступление Петра Ильича в Москве в качестве дирижера. Естественно, Чайковский волновался, это чувствуется в написанном накануне письме брату Анатолию:
«В понедельник здесь в Большом театре дается большой концерт в пользу голодающих, на котором я сам буду дирижировать “Танцами”. Должно быть, будет скверно, потому что я все более и более убеждаюсь в совершенной неспособности управлять оркестром. Но от просьбы нельзя было отделаться. Притом вещью продирижировать нетрудно»[235].
В сентябре 1868 года начались репетиции оперы «Воевода» в московском Большом театре – для Петра Ильича это был совершенно новый опыт. Он писал:
«Дела у меня гибель. Третьего дня неожиданно получаю повестку явиться в театр. Каково было мое удивление, когда я узнал, что уже перед тем было 2 хоровые репетиции моей оперы, а вчера назначена была первая считка для солистов. Я на ней присутствовал и аккомпанировал певцам. Представь себе, что Гедеонов[236] велел приготовить оперу к 11 октября, и теперь все здесь помешались на том, чтобы желание его превосходительства исполнилось. Я крепко сомневаюсь, чтобы в один месяц можно было выучить вещь столь трудную, и заранее ужасаюсь при мысли о той беготне и возне, которую мне придется испытать. Репетиции будут каждый день. Певцы все очень довольны оперой»[237].
За день до премьеры, очевидно находясь в волнении, Чайковский делился с братом Анатолием:
«Я теперь в больших хлопотах. “Воевода” ставится; каждый день репетиции, и я едва нахожу время успевать везде, где нужно; этим объясняется и мое долгое молчание. Опера идет покамест плохо, но все относятся к ней с большим старанием, так что можно надеяться на порядочный результат. Меньшикова[238] будет очень хороша; особенно хорошо она поет во 2-м действии песню “Соловушко громко свищет”! Тенор также очень недурен, но бас плох. Если опера сойдет хорошо, я постараюсь устроить, чтоб вы оба приехали в Москву на Масленице»[239].
Итак, оперный дебют Чайковского состоялся 30 января 1869 года на сцене Большого театра. Автор изложил свои впечатления о премьере «Воеводы» в письме Модесту:
«Опера моя прошла очень благополучно; несмотря на пошлейшее либретто, она имела блестящий успех. Меня вызывали 15 раз и поднесли лавровый венок. Исполнена она довольно изрядно; но в первом акте произошла ужасная путаница: тенору два раза делалось дурно (он перед тем от боли нарывавшего пальца несколько ночей не спал); если б не Меньшикова, которая его поддерживала в своих руках, как маленького ребенка, то пришлось бы опустить занавес. Вчера я получил несколько благодарственных писем, из коих некоторые я сохраню до нашего свидания»[240].
Среди поддержавших оперный дебют Чайковского был знаменитый актер Пров Садовский, приславший композитору в день премьеры «Воеводы» следующее поздравление:
«Многолюбимый Петр Ильич!
Поздравляю
