Петр Грушин полностью

Докладываем, что 4 марта 1961 г. в район полигона „А“ с Государственного центрального полигона Минобороны была запущена баллистическая ракета Р‑12, оснащенная вместо штатной боевой части ее весовым макетом в виде стальной плиты весом 500 кг. Средствами системы „А“ цель была обнаружена на дальности 1500 км после выхода ее над радиогоризонтом. По данным радиолокатора „Дунай‑2“, центральная вычислительная машина построила и непрерывно уточняла траекторию цели, выдавала целеуказания радиолокаторам точного наведения, рассчитала и выдала на пусковые установки углы предстартовых разворотов, рассчитала момент пуска. По команде ЭВМ был произведен пуск противоракеты В‑1000 с пусковой установки № 1. На высоте 25 км по команде с земли от ЭВМ был произведен подрыв осколочно‑фугасной боевой части противоракеты, после чего, по данным кинофоторегистрации, головная часть баллистической ракеты начала разваливаться на куски… Таким образом, впервые в отечественной и мировой практике продемонстрировано поражение средствами ПРО головной части баллистической ракеты на траектории ее полета».

Да, спустя четыре года после начала работ по системе «А» долгожданное событие произошло. Не озабоченные историчностью совершенного, участники этой победы вряд ли предполагали, что когда‑нибудь оно займет место в числе многих других великих научно‑технических достижений XX века – запуска искусственного спутника Земли, полета первого космонавта…

На проявленных фотопленках было четко видно, что сразу же после встречи с «шариками» боеголовка мишени начала разделяться на два фрагмента. Через 6,35 с после момента встречи прекратила работу установленная на мишени аппаратура, а на высоте около 12 км пропали и характерные для входящей в атмосферу боеголовки светящаяся точка и траекторный след.

Бурно наступавшая на полигоне весна внесла свои коррективы в работу поисковиков. К поискам остатков пораженной мишени они смогли приступить лишь спустя несколько дней, когда вездеходам наконец удалось выйти в раскисшую от растаявшего снега пустыню. Для участия в поисках пришлось даже привлечь самолет.

Как и ожидалось после просмотра фотопленок, в предполагавшейся точке падения боеголовки не было найдено никаких следов. Лишь после тщательных поисков по обе стороны от расчетной траектории ее полета были обнаружены носовая часть боеголовки (в 7,2 км от расчетной точки падения), макет боевой части (в 5,2 км) и часть шпангоута для ее крепления (в 7,8 км). Все найденные фрагменты при падении на землю не образовали воронок, что говорило о значительном снижении скорости их падения из‑за разрушения на большой высоте. После этих находок факт уничтожения боеголовки не вызывал абсолютно никаких сомнений. То, насколько эпохальным оказалось это достижение, можно подтвердить лишь тем, что подобное «безъядерное» поражение боеголовки баллистической ракеты американцам удалось осуществить лишь в июне 1984 года при реализации их противоракетной программы НОЕ.

Как вспоминал Г. В. Кисунько:

«То, что свершилось 4 марта 1961 года, создатели и испытатели системы „А“ восприняли с чувством глубокого морального удовлетворения от добротно сделанной работы, от успеха в творческих поисках, в самозабвенном труде в НИИ, КБ, на заводах, в богом забытой пустыне, без отпусков, выходных, в отрыве от семей, сутками напролет без сна и отдыха.

Ракетой в ракету попасть – не пустяк,

А мы вот попали: поди погляди!

Эй, кто там по умным бумажкам мастак!

А ну‑ка попробуй и ты – попади!»