Анна слишком заботилась обо мне. Слишком часто задерживала взгляд на моём лице. Слишком мило улыбалась.
Так ведут себя женщины, которые хотят чего-то добиться.
Я был прав.
-
Неуклюжая охотница
В одну из ночей, когда мы сидели у костра, Анна поправила волосы, бросив на меня взгляд из-под ресниц.
— Холодно, — произнесла она трагическим голосом.
Я сразу понял, к чему идёт дело. В борделях этот приём исполняли куда искуснее. Там женщины не жаловались на холод — они просто лезли под одеяло.
— Завернись в плащ, — посоветовал я.
Она надула губы.
— Ты же мужчина. Ты должен согреть даму.
Я рассмеялся.
— Мужчина? Меня обычно называют грязной крысой, проходимцем и многими другими словами.
Анна закусила губу, но не отступила.
— Ну, если ты такая хрупкая, иди сюда. Только не жалуйся, если проснёшься с моим храпом у уха.
Она радостно засияла и тут же грохнулась на меня, словно мешок картошки.
— Ой… — пробормотала она, когда я чуть не задохнулся.
— Ты на что рассчитывала, несмышлёная?
— Что ты… сам меня поймаешь.
Я закашлялся.
Она засмеялась.
Волосы цвета ореховой скорлупы касались моей шеи, а запах был чистым, свежим. Вот куда уходит вся наша вода.
— Ты… красивый, — вдруг заявила она.
Я напрягся.
— Ты что, перегрелась?
Я потрогал ей лоб и сунул на голову мокрую тряпку.
Анна вздохнула.
— Это не так просто, как я думала…
-
Анна пытается меня соблазнить
Анна не умела соблазнять.
Но она пыталась.
— Тебе нравятся красивые женщины?
— Нет.
— А если женщина ещё и добрая?
— Значит, хочет обмануть.
— А если она тебя поддерживает?
— Не было такого никогда.
— А если у неё красивые волосы?
Она резко тряхнула головой, и её локоны разлетелись по плечам.
Я прищурился.
— Да, у тебя красивые волосы… и фигура… и всё остальное. Ну, кроме… ну, титик мелковаты.
Она выглядела разочарованной.
— Это не работает, да?
— Не знаю.
— А как надо?
— Не знаю… хитрее?
Она нахмурилась.
— То есть, мне надо тебе врать?
Я задумался.
— Ну… да.
Анна моргнула.
— Но я не хочу врать.
Она меня пугала.
-
Психология на грани провала
Утром я проснулся и понял, что кое-что в штанах стоит. И причём крепко.
Её голова лежала у меня на руке. Моя ладонь — на её пятой точке.
Я знал, что должен отодвинуться.
Но прежде чем успел, она проснулась.
И посмотрела на меня.
Я замер.
Анна улыбнулась.
Хитро.
Как будто её ловушка сработала.
— Я не хотел. Оно само! У всех мужчин утром так.
— Великолепная аргументация, — пробормотала Анна.
Она чуть сильнее прижалась ко мне.
— Мы же просто спали, — прошептала она.
— Или ты думаешь, что я уже твоя?
Она усмехнулась.
Я понял.
Она начала понимать, как это работает.
Хитрая гоблинская жопа.
-
Рассказ о прошлом
— Ты всегда была такой настойчивой?
Анна усмехнулась.
— Меня так учили. Я принцесса, помнишь?
— Не забудешь, если ты повторяешь это каждые пять минут.
Она закатила глаза.
— В детстве меня воспитывали для брака с кем-то важным. Отец говорил, что гоблинам нужен новый союз, иначе нас поглотят. Я изучала этикет, политику, военное дело, даже магию… но однажды…
Она замолчала.
Я прищурился.
— Что случилось?
— Отец исчез.
Я нахмурился.
— Как это — исчез?
Анна сжала кулаки.
— Он просто… пропал. Его корабль сгорел на воде. А потом нас предали наши союзники. Наши земли отдали в управление чужакам, а меня продали в рабство.
Она глубоко вздохнула.
— У меня была сестра. Лета. Она пропала раньше отца. И теперь я хочу узнать, что с ней стало.
Я молча смотрел на неё.
Теперь она не выглядела наивной.
Она искала правду.
-
Финальный аккорд
Я не выдержал.
— Чего ты хочешь?
Анна потянулась, оголяя живот.
— Сестра Лета. Я хочу её найти. Живую или мёртвую — неважно. Мне важно, что с ней случилось.
Я закрыл глаза.
— То есть ты неделю пыталась меня убедить помочь… и у тебя даже нет зацепок?!
Она смущённо улыбнулась.
— Я думала, что ты умнее меня… и сам придумаешь.
Я потер нос.
Она подошла ближе и осторожно положила руку мне на плечо.
— Ты мне поможешь, добрый герой?
Я вздохнул.
— Хорошо, хитрая ты жопа.
Мы вышли на караванный путь.
Пора было искать следы прошлого.
-
Последние следы Леты
Анна молчала. Слишком долго. Это было не похоже на неё. Обычно она ворчала, язвила или тараторила про какие-то благородные манеры, которые мне были так же полезны, как вилы в драке против минотавра. Но тут — тишина. Только скрип телеги, вой ветра и ощущение, что что-то внутри неё вот-вот взорвётся.
Я бросил взгляд на неё: губы сжаты, пальцы стиснуты, глаза тёмные, как грозовое небо.
— Ты вообще помнишь, где её видели в последний раз? — спросил я, нарушая тишину.
Анна вздрогнула, словно я выдернул её из тяжёлых мыслей.
— Да… — Она глубоко вдохнула. — Год после того, как пропал отец. Мы ещё жили на южных границах, в Гнездовье. Это был последний безопасный город для нас. А потом…
— Потом?
— Потом она исчезла.
Анна сжала кулаки.
— Я ушла на встречу с доверенным человеком отца. Когда вернулась… её не было. Вещи остались, кровать застелена. Следов борьбы — никаких. Как будто её просто… стёрли.
Я нахмурился.
— Кто-то что-то видел?
— Нет. Ни слухов, ни сплетен. Как будто её никогда не существовало.
Она стиснула зубы.