— Короче, — продолжила Анна, — пока мы гуляли по рынку, я вдруг поняла, что не знаю настоящего имени вашего отца.
— Ой, начинается…
— И тогда я спросила: «Как тебя зовут?»
Дети подались вперёд.
— Он замер, как будто я попросила у него почку. Но потом…
Она наклонилась вперёд, создавая эффект таинственности.
— Он сказал: «Меня зовут Бек».
— Ууууу… — протянули дети.
— Большего драматизма я не встречала!
— Эй! — возмутился отец. — Это было важное признание!
— Конечно, дорогой, конечно, — с улыбкой ответила Анна.
— После этого я, естественно, спросила: «А почему ты спас меня тогда, у работорговцев?»
— Ну и чего ты ожидала услышать? — буркнул отец.
— Чего угодно, но не это!
Анна прочистила горло и, пытаясь подражать мужу, низким голосом произнесла:
— «Ты была так красива и так несчастна… Моё сердце сжалось. Может, я влюбился… Хотя кого я обманываю? У меня просто на тебя встал».
В комнате повисла тишина.
Дети захохотали, старший хлопнул себя по лбу, а младшая в ужасе закрыла лицо руками.
— Папа, ну серьёзно?!
— Я человек честный.
— Ты человек без тормозов!
— В этом вся прелесть!
Анна только вздохнула.
— Ладно, идём дальше.
-
Почему нельзя доверять отцу выбирать гостиницы
— И вот, после всех этих разговоров мы приехали…
Она сделала паузу, выдержав драматический эффект.
— В Некромантский бордель.
Старший поперхнулся чаем.
— В ЧТО?!
— В бордель.
— Я НЕ ВЫБИРАЛ ЭТО МЕСТО! — возмущённо воскликнул отец.
— Да-да, я знаю. Это всё мадам Морена.
— О, эта женщина… — он закрыл лицо руками.
— Мама, а кто это?
Анна задумалась.
— Представьте себе самую хитрую, опасную и коварную женщину в мире.
— Ага.
— Теперь умножьте это на десять.
— Ого…
— Это мадам Морена.
Отец нахмурился.
— Ты её явно переоцениваешь.
— Конечно. Особенно если вспомнить, как ты в панике предлагал ей взятку, лишь бы она тебя отпустила.
— Это была… стратегическая уступка!
Анна только усмехнулась.
— В общем, дети, встреча с мадам Мореной не предвещала ничего хорошего. Она встретила нас с такой улыбкой, будто уже знала, как именно загонит вашего отца в ловушку.
Отец скрестил руки на груди.
— Да, конечно. Всё как всегда.
— Ну, ты же знаешь свою судьбу…
— Постоянно влипать в дерьмо?
— Именно.
-
Вывод этой истории
Анна потянулась и допила своё какао.
— Итак, дети, мораль этой истории такова…
— Никогда не доверяй папе выбирать места для ночлега?
— Никогда не спрашивай у папы о его чувствах?
— Никогда не гуляй по Некрополису без плана?
Анна улыбнулась.
— Всё это — правильные выводы.
— Но самый важный — никогда не соглашайся на встречу с мадам Мореной.
Отец громко хлопнул кружкой по столу.
— А вот с этим я полностью согласен!
Дети рассмеялись, и рассказ на этот вечер был окончен.
*(Я просто хотел выпить кофе и свалить. Без драк, интриг и вселенской фигни, которая почему-то всегда липнет ко мне, как недобитый призрак к дешёвому медиуму. Но нет. Эти две дуры решили, что моя судьба — это их личная игрушка. И заодно начали спорить, чей я. Ну ладно, это даже слегка льстит, но, зная их, это значит, что мне опять будет больно.
Анна считает меня бездомной дворнягой, которую нужно отмыть, накормить и сделать ручной. Морена — что я её старая кукла, которую можно иногда вытаскивать из сундука и играть, пока не надоест. Ирония в том, что обе уверены, что я слишком тупой, чтобы это понимать.
А я просто хотел уйти. На луга Железного Города, где я был свободен, счастлив и, что важнее всего, ни разу не спорил с двумя ведьмами в чёрном и красном.)*
-
Некромантский бордель. Кабинет мадам Морены.
Если ты думаешь, что бордель — это место разврата, то ты прав. Если ты думаешь, что некромантский бордель — это то же самое, то ошибаешься.
Тут не было обычной пошлости — всё дышало эстетикой смерти. Длинные тёмные коридоры, свечи, отбрасывающие на стены узоры витражей, где демоны и святые умирали и воскресали в вечном танце греха. В воздухе витали ладан, запах вина и нечто пряное, слишком дорогое для простых смертных.
А главное — женщины.
Они были слишком идеальны. Неподвижные, как статуи, точёные черты лиц, плавные, хищные движения. Глянцевые глаза, за которыми не всегда угадывалась жизнь. Как будто ты смотришь на дорогую куклу и боишься, что она внезапно моргнёт. Вампирши, призраки, ожившие куклы, даже скелеты с магическими иллюзиями плоти.
Если кто-то сюда приходил, у него явно были… нестандартные вкусы.
Я же просто хотел свалить.
Сидел в тяжёлом резном кресле, потягивал кофе и делал вид, что не слышу, как две женщины спорят, чей я.
Передо мной развалилась Морена, лениво покачивая бокал с тёмным вином. В другой руке она держала список клиентов или, судя по её улыбке, список способов, как меня продать и кому.
Анна стояла напротив, скрестив руки на груди и сверля меня взглядом. Она смотрела так, будто я упрямый пёс, которого она обязательно приручит, даже если придётся привязать к ноге и кормить с ложечки.
— Вы тут спорите, как две бабки за деревянный хрен, — наконец сказал я.
Анна прищурилась:
— Ты кого бабкой назвал?!
Морена хмыкнула:
— Он всегда был псом. Просто раньше был моим, а теперь ты решила его забрать.